Рецензия на книгу

• 

  blackeyed31 июля 2016 г.

  В тропиках раком

  Если какая-нибудь двухабзацная школьница не опередит меня, эта рецензия будет 200-й на роман "Тропик Рака". И - персонально моей 150-й! Двойной юбилей!! Чтобы прочитать нижеследующее, вам сначала придётся бежать в магазин за большой открыткой (можно и за бутылкой).

  
  ... я не мог поверить, что я читаю такие слова, напечатанные чёрным по белой бумаге. Мне пришлось перечитывать несколько раз, чтобы понять, что мне не кажется. (Андрей Кончаловский, о Генри Миллере)
  04:10

  Я тоже временами не мог поверить . Это при том, что сейчас другие нравы, и меня-читателя, казалось бы, трудно чем удивить. Причём речь не только о сценах полового характера, а также о размышлениях автора о низкой человеческой природе.

  Тропик Рака - это не только геграфическая параллель, это ещё и рак как болезнь.

  
  Мир — это сам себя пожирающий рак…

  В этом мире Миллер решил быть вне человечества. Вообще, в книге много бунтарских лозунгов. Только Миллер, взывающий к переменам, отрицающий окружающее, не даёт рецептов, продолжая бухать и сношаться. Он успевает попутно писать свою книгу, почитывать Достоевского и Уитмена, восхищаться Матиссом. Задача, видимо, стояла не в выработке решений, а в регистрации своих чудачеств.

  Сексуальный "сатирикон" Миллера и его спутников вызывает сначала зависть, потом отвращение, а в конце вовсе приятие. Это такой скрытый, но ничем не выдающийся парижский образ жизни, о котором писал ещё Бальзак. Для автора это не гедонизм, не жажда приключений, не сексоголия - это некий творческий акт. Звучит странно, понимаю (а то мужья повадятся ходить налево и потом объяснять это "творчеством"). Подробнее о том, что значит для Миллера секс, в его сравнении с Лоуренсом.
  В моё издание , кроме "Тропика Рака", входит ещё "Любовник леди Чаттерли". Лозунг Лоуренса - возврат к природе, к естественным телесным радостям; чаще занимайтесь любовью, это поможет вам лучше понимать друг друга и быть более счастливыми. Для Миллера же секс - это духовный акт, акт познания; экстатическое погружение в Неизвестное. И/или - огромная энергетическая подзарядка, способ выжить. Живучий человек, по Миллеру, это сексуально активный человек.
  Природа - это женщина. Земля - самка. Париж - девка. Ну а женщина - это и природа, и планета, и Париж вместе взятые. Познавая женщину, завоевав её, Миллер познаёт мир. Проникая в лоно, проникает в суть вещей. Вкладывая внутрь, вкладывает в жизнь смысл.

  
  В секунде оргазма сосредоточен весь мир. Наша земля – это не сухое, здоровое и удобное плоскогорье, а огромная самка с бархатным телом, которая дышит, дрожит и страдает под бушующим океаном. Голая и похотливая, она кружится среди облаков в фиолетовом мерцании звезд. И вся она – от грудей до мощных ляжек – горит вечным огнем. Она несется сквозь годы и столетия, и конвульсии сотрясают ее тело, пароксизм неистовства сметает паутину с неба, а ее возвращение на основную орбиту сопровождается вулканическими толчками.

  Колумб, Магеллан, Кук и иже с ними делали не географические открытия, они совершали половой акт. Кружили вокруг красавицы и брали её - новую землю - приступом. Самцы-завоеватели.

  Миллеровский секс - это не Дон Жуан и не Казанова с их заботой о партнёрше, это эгоистичное самокопание. И мюнгхаузеновское вытаскивание себя за волосы из болота. Приличный паинька-пуританин Генри загнулся бы в Париже на вторую неделю.

  Кончаловский обожает Миллера, я обожаю Кончаловского, но это не равно "я обожаю Миллера". Его читать интересно, любопытно, смешно, брезгливо и эрекционально. Жил себе, не тужил, и ничего не чесалось. А тут в первый раз прочитал Миллера и аж на стенку лезешь - хочется ещё! Впрочем, лучше читать ещё и ещё, чем вовсе этого не делать.

  37

  794