Рецензия на книгу

• 

  LadcaruDracula19 июня 2016 г.

  О, как же мне хотелось получить нечто «атмосферное, вкусное, завораживающие и весёлое» подчеркнуть нужный эпитет! А ведь я купилась, можно сказать, на тонну восторженных отзывов! Но увы-увы, с самого начала сначала была убита «вкуснота»:

  
  Смотритель за кассуле — теперь, когда матушка тронулась умом, — парикмахер с почтительной медлительностью помешал блюдо, наблюдая, как в парах тимьяна и майорана всплывает гусиная кость. Мясо облезло давным-давно — эту ножку мамаша Гийома опустила в кастрюлю двадцать два года назад, по случаю открытия сыном собственной парикмахерской. Мадам Ладусет тогда строго-настрого запретила доставать косточку — из материнской гордости.

  Затем атмосферность (да, признаюсь, столь необычные эвфемизмы, можно назвать атмосферными, но это расчитано, на мой взгляд, уж на очень своеобразного любителя):
  

  
  И всякий раз, когда мадам Ладусет с гордостью разматывала пеленки, призывая всех окружающих восхититься внушительными желудями своего ненаглядного чада, муж ее не мог думать ни о чем другом, кроме пальцев сынишки.

  Поскольку вуайеризм меня так же не привлекает, то могу с уверенностью сказать, что меня ничего из этого не «приворожило»:

  
  Вот селезень погнался за уткой. Рыбаки проследили, как он опустился на спину своей мишени — где и остался, несмотря на истерическое биение крыльями.
  — Да это же настоящее изнасилование! — в ужасе воскликнул Гийом Ладусет.
  — Просто у уток так принято — вот и все, — ответил булочник.
  — Может, нам стоит вмешаться?
  — Нельзя вмешиваться в природу.
  — Но ей же не нравится. Ты только послушай, какой шум она подняла.
  — Кто знает, а вдруг это кряки экстаза?
  — Она бы не пыталась вырваться, если б ей это нравилось.
  Стефан Жолли немного помедлил.
  — Что ж, за отсутствием утиного телефона, по которому можно вызвать утиную полицию, и раз уж тебя это так сильно беспокоит, почему б тебе не сплавать туда самому и не разнять их?
  — Думаешь, с ней все будет в порядке?
  — Гийом! Стрекозы занимаются тем же самым с тех пор, как мы пришли сюда. Что-то я не заметил, чтобы ты героически кидался на их защиту.
  — Они не кричат от боли, как эта бедная уточка.
  — Это потому, что стрекозы немые. Возможно, они издают беззвучные вопли все время, пока мы здесь, а этого просто не замечаешь.

  А уж веселья я и в помине не встретила! Тоска и разочарование — вот что для меня эта книга!

  11

  115