Рецензия на книгу

• 

  middle_r31 мая 2016 г.

  Однажды один честолюбивый ассистент поднимет руку на своего профессора, что приведет к летальному исходу последнего. Ну, почти. Он сохранит его голову (немыслимо!) и будет всяческими способами выдавливать из нее идеи, которые помогут ему достичь славы, признания и богатства – всего, что так недолговечно, хрупко и легко разрушаемо. С одной стороны, этот незадачливый ассистент будет делать благое дело: человечество всегда искало способы долго жить, изобретало эликсиры молодости и философские камни. С другой стороны, от него требовалось всего лишь не красть идею и рассказать миру, кто ее всамделешный владелец. Ему стоило всего лишь показать, что он оживил голову великого профессора и, думаю, мир не поскупился бы на благодарность. Ведь по сути, Керн был первым, кто сумел оживить человеческую голову, а не собачью. Да еще важно то, чью голову он оживил.

  На свою беду чудотворец-благодетель профессор Керн пригласит на работу чересчур одаренную нравственными чувствами молодую мадемуазель Мари Лоран и оживит переполненную желанием жить и развлекаться голову Брике, которой позже он еще и ноги приделает. Женщины… Одна будет требовать справедливости, другая – свободы. Вот с последней все и начнется. Все несчастья профессора Керна. Надо было подписку о невыходе брать.

  Меня поразило отношение ученых к жизни человека. Профессор Керн думал только о том, как достичь Апогея славы, но ему было безразлично, как будут дальше жить головы Тома и Брике, что они чувствуют. Да, он пытался как-то их развлечь, вернуть вкус к жизни, но жалкие попытки его не имели никакого действия, да и делал-то он их из своих личных побуждений. Профессор Доуэль был озабочен лишь тем, чтобы его идеи пришли в мир – дело, конечно, хорошее, но и он не подумал о личностях, живущих в головах, чего им не хватает. Ему, который до своего второго возрождения жил лишь мозгом, было проще адаптироваться к новому существованию, чем остальным, хотя и Доуэль натерпелся, но больше от Керна, чем от своего нового состояния. А вот Тому, например, не хватало физических упражнений, вот он и зачах. Эх, ученые!

  Лоран меня удивила своей сумасбродностью. Нравственные чувства – это, конечно, замечательно, но действовать тоже надо обдуманно. Не знаю, как в те времена, а в наши, если бы какой-то неизвестный вдруг вышел и начал якобы раскрывать все тайны человека, только что совершившего открытие, без каких-либо доказательств, то его первым делом сочли бы завистником и сумасшедшим, а уж потом бы прислушались и стали проверять.

  Захватывающее чтиво, но книге, по моему скромному мнению, не хватило красок, что ли, чтобы она казалась живее, выразительнее. Хотя с запоминаемостью у нее проблем нет. Как будто пять минут назад читала, а не сутки. Я болела за героев. Конечно же, мне хотелось, чтобы Керна разоблачили, но каждый раз, когда повествование перемещалось на него, я ловила себя на мысли, что не осуждаю, ибо он все-таки привнес новую, пусть и не свою, идею в мир и смог ее реализовать лучше, чем сам автор.

  18

  157