Рецензия на книгу
Необычайная коллекция
Бернар Кирини
M_Aglaya20 мая 2016 г.Еще один сборник рассказов... первый мне очень понравился. )) Ну, как сказать - рассказов... скорее эссе, зарисовок. Смутных фантазий. )))
Но здесь есть сквозная линия! )) Это эксцентричный профессор Гулд (про него говорилось и в первом сборнике), который готов собирать все на свете, но больше всего ему нравятся необычные книги и необычные города. Об этом, большей частью, здесь и говорится. Гулд ведет приятеля по своей библиотеке, рассказывая о собранных им удивительных книжных подборках - книги, которые содержат в себе целые книжные миры, книги, которые никто не может прочитать, потому что они вызывают невыносимую скуку и забвение, книги, которые спасают и которые убивают, книги, которые выделяют энергию... Все это прерывается рассказами о всяких безумных городах, посещенных когда-то Гулдом - ну, можно представить, что это как фотографии, развешанные между книжных стеллажей. И любопытные сведения об окружающем мире, который тоже становится все более странным. Может, по мере того, как Гулд с рассказчиком углубляются в библиотеку? ))) Во всяком случае, здесь мертвецы начинают оживать, люди меняются телами во время секса, схлопываются параллельные реальности... да мало ли что еще.
В общем, как справедливо заметили на обложке - для тех, кому нравится Борхес, Кальвино и все такое.
"Через два месяца бессонных ночей он умер от изнеможения, оставив лишь бессвязные наброски да коротенький ироничный текст под названием "Совет молодым писателям", который состоит из одной фразы: "Самое главное: не забывайте писать".
"Привычная для тех, кто близко знаком с Гулдом, сцена: прогуливаешься с ним, и вдруг, ни с того, ни с сего, он застывает, словно оцепенев. Требуя тишины, водит носом, втягивает воздух, до смешного похожий на гончего пса в стойке. Через несколько секунд выносится приговор: либо он заключает, что взял ложный след, и, разочарованный, продолжает прогулку, либо, просияв, с победоносным видом поднимает вверх палец и восклицает: "Где-то поблизости литература!"
"Среди других чудес этой секции я обнаружил толстую тетрадь с совершенно чистыми листами. "О! - воскликнул Гулд. - Не хотел я вам об этом говорить, но коль уж скоро она попала вам в руки, скажу словечко - и не сочтите за нескромность. Эта тетрадь - мой роман, благодаря которому я вхожу в собственную коллекцию. Скажу, не хвалясь, более скорого отказа вы не найдете во всей "отказной" литературе: я разработал в уме сюжет до мельчайших подробностей, выбрал антураж, вывел героев, выстроил диалоги, долго обдумывал первую фразу, равно как и последнюю. Я крутил все это в голове так и этак много недель и наконец был вынужден признать очевидное: роман плох, очень плох. Так плох, что я отрекся от него в зародыше, так и не написав. Чем не рекорд, а?"12139