Рецензия на книгу

• 

  Alighiero13 июля 2010 г.

  Одна из вех и предтеч фэнтези, которое преимущественно почему-то в Англии все и позарождалось.
  Неуловимый Китай бывший недоступным и близким одновременно для ребенка-Мервина Пика.
  Говорят о сходстве с Кафкой. Что-то есть. Тяжеловесная, холодная и затхлая мрачность, переданная все же очень по-разному.

  Погружение начиналось тяжело. Понадобилось усилие, чтобы миновать пик книжного объема, а потом таки расслабиться и получать удовольствие. Этот пик пришелся на крыши Горменгаста.
  Пик Мервин - прежде всего художник, и это ощущается. Перекос в визуальное затрудняет чтение и изнуряет требованием длительной сосредоточенности зрительного воображения. Мое восприятие (как это часто бывает) изо всех сил пыталось самонастроиться в сеть, прорези которой были бы только на самом интересном, но я самоотверженно достраивал картину и пораженно оказывался в пронизываемых дождем или паутиной залах, на башенных лестницах, посреди всей этой симфонии камня, взятого во всех видах, возрастах и степенях разложения - и помещенного в не слишком соразмерную и упорядоченную структуру. Хотя скорее уж это галерея не камня, а самих степеней разложения, сухого каменного разложения.
  Горменгаст часто представляется как наделенный волей, но о какой воле можно говорить у этого старого замка-маразматика или уже даже паралитика? Если он и влияет на своих обитателей - то пассивно, своей атмосферой, которую сделала затхлой чья-то другая воля, казалось, затратившая на это более обширные единицы измерения времени, чем века. Этот голос времени и власть времени внушают страх и уважение. "Горменгаст" иллюстрирует их устрашающее могущество. Эта власть успевает перемолоть раньше, чем будет замеченной. Но здесь речь идет уже практически о "после".
  Ритуал тоже рассыпается: он номинально правит жизнью замка, а фактически потерял стройность, системность и обоснованность причинно-следственных связей. Осталась изощренная его поэтичность. Никто не знает уже, что и зачем, фрагменты ритуала сместились и потеряли силу Закона. Но большая часть персонажей продолжает опираться на эти шатающиеся леса. В этой части нам не дадут увидеть, как именно все рухнет.
  Сами персонажи пока еще абсурдны, в значительной степени мономанны и как-то не слишком хорошо ориентируются в среде. В среде скорее межличностного общения. Все они одиноки, но это-то, как раз, не вызывает вопросов. Пик не делает для них предпочтения, он с одинаковым вниманием описывает чьи-то сокровенные мотивы и каплю дождя над озером, перетекание ее форм и отражений, и скрошийвшиеся, проросшие барельефы на арках, их лица и выражения этих лиц.

  Английский готический роман. Закрытая среда. Дождь, который почти может идти вечно. Компоненты детективного или мистического толка, но роман - ни то, ни другое, хотя заключает в себе и то и другое сразу и еще кучу всего какого-то...
  Он - еще только начало, или даже предначало. Терзает любопытство, так и оставив неудовлетворенным, лишь ускоряя темп нагнетения все страницы напролет. Замок собирается для броска и, может, так и не бросится, цикл то недописан...

  Мне полюбился этот вакуумирующий мистицизм, сюрреалистические виды замка, это растворение в окружающей обстановке без ничего человеческого, эта темная древность, чье дыхание просачивается сквозь каменную кладку.
  Ради них я готов и дальше доблестно бороться с тяжестью текста! И непременно в манерном переводе Ильина!
  youkka , премного благодарен, у вас нет ли следующей книги?)

  22

  112