Рецензия на книгу

• 

  Solnechnaja22018 мая 2016 г.

  Ещё до того, как третий том оскароносной космооперы Энн Леки появился на прилавках зарубежных магазинов, я торжественно пообещала себе отринуть предвзятость и нещадно препарировать его на предмет (не)сбывшихся читательских ожиданий. «Слуги Правосудия» выстрелили оригинально представленной идеей, колоритными персонажами и увлекательной системой мира. «Слуги меча» замкнулись на местечковых проблемах, но неплохо показали быт и культуру выдуманной цивилизации радчан и аннексированных ими народов. По всему выходило, что «Слуги милосердия» (прямо с души воротит, что название третьей книги будет продолжать линейку «слуг») должны были расставить все точки над ё. Но то ли ё оказалось многовато, то ли автор слишком увлеклась любованием персонажами и забыла про сюжет, но финал трилогии оставляет навязчивое чувство неудовлетворённости. И скончавшаяся в муках фансервисная любовная линия тут почти не причём.

  Пока я не увлеклась серьёзностью и непредвзятостью, скажу, что на самом деле я всё ещё люблю «Империю Радч». Для меня каждый роман как эпизод любимого сериала, и наплевать, что в начале он походил на увлекательные и в целом завершенные серии «Стартрека» или безвременно почившего «Светлячка», а закончился ситкомом в духе «Как я встретил вашу маму целую толпу искусственных интеллектов и пресгеровского Переводчика». В плане раскрытия персонажей последний роман – лучше всех, потому что камера наконец перестала следовать исключительно за Брэк. Читателя в кои-то веки близко познакомили с лейтенантами на корабле «Милосердие Калра», которые все как один психически неуравновешенны. Бедняга Тисарват мучается тем, что была некогда частью великой Анаандер Мианааи, а теперь пребывает в кризисе собственной обыкновенности, никчёмности и недостатка доверия со стороны Брэк; в закодированном Сейвардене опять проснулась наркозависимость; а Экалу, поднявшись в ранге с обычного солдата до офицера, да ещё и находящегося в прямом подчинении капитану флота (правда, без флота), страдает от простонародного акцента и недостаточно рафинированных манер.

  Первую половину книги Леки отдала на откуп нечеловеческим персонажам. Это и таинственный корабль Сфен, обладающий незаурядным чувством юмора и проведший незнамо сколько лет в космической пустоте за Призрачными Вратами, и искусственный интеллект Станции Атоек (самый колоритный и интересный герой всей трилогии, в самом деле), и Переводчик Зейат, пришедшая на смену Длик, чтобы развлекать читателя поглощением устриц в раковинах и вопросами типа «можно ли это съесть». Всё это просто замечательно, но в один прекрасный момент из серьёзной космооперы действо превращается в развесёлый капустник, и даже неожиданное и чуть ли не катастрофическое появление Анаандер Мианааи не добавляет драматизма. Сейварден шатается по Станции, ругаясь, как последний сапожник, Брэк изо всех сил старается вести себя как корабельный ИИ, но очень хочет обнимашек, а где-то в далёкой галактике Анаандеры сражаются между собой, разрушают межпространственные врата и убивают людей. Но на станции Атоек всем, в общем-то, на это наплевать. У них там свой конфликт, связанный с тем, кто будет жить на затопленных уровнях под Садами после реконструкции. Вот оно, первое разочарование – масштаб трилогии умер, толком не успев родиться. Космический бой случился единожды за всю книгу, но и тот претендует на звание самого унылого и неэпичного сражения.

  Жалоба вторая: Леки не продумала свои же нф-идеи. И когда вопрос объяснения, что тут у нас к чему прилагается, встал особенно остро, автор отмазалась худшим из возможных образов, объявив, что герои и сами не знают толком, как Мианааи умудряется сохранять единство между своими клонами. Что инопланетная раса Пресгер выше нашего понимания, и им вообще на людей наплевать, так что абсолютно неважно, почему они так чтут договор, обладая возможностью истребить надоедливых человечков. История Радча не продвинулась ни на йоту ни вперёд, ни назад во времени, хотя вам наверняка захочется узнать, откуда взялся нотайский корабль, и что вообще привело настолько развитую человеческую цивилизацию с собственными ИИ к конфликту с радчанами. Не аннексия же, в самом-то деле. Ну и третий удар по читательским ожиданиям: мэрисьюшничество к концу расцвело буйным цветом. Я прекрасно понимаю, что перебранки между кораблями и станциями гораздо интереснее основного конфликта, который до середины книги развивался шикарно и многообещающе. А потом проблема просто лопнула, как воздушный шар. Вот сейчас будет спойлер в одно предложение: Брэк пришла и заговорила зубы Анаандер Мианааи – тирану, державшему в своих руках целую империю. Вот так просто. Тут прямо напрашивается фейспалм.

  Ну а уж политота, которую Леки развела в финальной главе, вообще ни в какие ворота не лезет. Я почти готова встать на сторону Мианааи, которая политикой кнута для аннексированных народов и пряника для потомственных радчан поддерживала в системе порядок. И всё ради того, чтобы кучка ИИ начала развивать чёртову бюрократию?!

  Космическая фантастика в трилогии «Империя Радч» оказалась наглухо погребена под социально-политическими проблемами. Благосостояние обитателей отдельно взятой станции – дело, безусловно, важное и нужное. Но ради этого не стоило заявлять глобальные проблемы и решать их идиотским способом. Персонажей я люблю, пожалуй, всех до единого, но милота их взаимоотношений превысила критический уровень. Третий роман не добавляет практически ничего нового к описанию мира. Мораль плоска и банальна (кроме линии искусственных интеллектов, разумеется). Как фанат трилогии, я не против, чтобы Леки написала ещё книжечку про приключения Брэк и Сейвардена. Как непредвзятый читатель – я страдаю.

  И цитата на закуску:

  
  «Слава богам, – сказала Сфен. – Я уж боялась, что ты собираешься предложить нам спеть песню про тысячу яиц».
  «Тысяча яиц – хорошенькие и тёпленькие», – запела я. – «Хрусь, хрусь, хрусь, родился маленький цыплёнок. Пи-пи-пи-пи! Пи-пи-пи-пи!»
  «Ух ты, капитан», – воскликнула Переводчик Зейат, – «это очаровательная песенка! Почему я раньше её от вас не слышала?»
  Я перевела дыхание. «Девятьсот девяносто девять яиц – хорошенькие и тёпленькие…»
  «Хрусь, хрусь, хрусь, – подхватила Зейат… – «родился маленький цыплёнок. Пи-пи-пи-пи! Как весело! Там есть ещё куплеты?»
  «Девять сотен и ещё девяносто восемь, Переводчик», – ответила я.
  «Мы с тобой больше не родственники», – сказала Сфен.

  24

  871