Рецензия на книгу

• 

  UlyanaSkibina5 мая 2016 г.

  Прошлое - это кладбище наших иллюзий, где на каждом шагу спотыкаешься о надгробия.

  Осторожно! Спойлеры!

  Позволите сначала сделать небольшое признание? Все дело в том, что я обожаю французскую классическую литературу. Еще не было автора из мной прочитанных, который не пришелся бы мне по вкусу, творения которого не заставили бы мое сердце биться быстрее от непонятного восторга, а пальцы сжиматься от осознания того, что мне, как писателю, вряд ли когда-нибудь удастся достичь такого мастерства. Гюго, Бальзак, Мопассан, Леру, Дюма... И вот теперь - Эмиль Золя. Его имя не стало исключением - если поначалу, в первых главах, я относилась к новому автору настороженно, присматривалась к нему, и это мешало полностью погрузиться в атмосферу произведения - то к концу книги на глаза уже наворачивались непрошеные слезы. Мало есть произведений, способных вызвать у меня такую реакцию, и "Творчество" относится к одним из них - и это неудивительно. Атмосфера произведения тяжелая, гнетущая, исполненная беспросветного мрака, как музыка, где с каждой новой нотой нарастает напряжение, как дождь, с которого начался роман, как грязь парижских мостовых. Даже когда вроде бы наступила прояснение и герои счастливы, ты понимаешь, что это - не более чем затишье перед грозой, которая обязательно разразиться. И она разражается.

  "Творчество" далеко не первый роман из цикла "Ругон-Маккары", но начать я решила именно с него - все дело в названии, в главном герое-художнике, в среде, которая его окружает, а меня хлебом не корми - дай почитать о людях искусства. На этот роман написано мало рецензий, и далеко не все из них положительные - и я понимаю, почему. К героям "Творчества" очень трудно отнестись однозначно, ими сложно восхищаться, почти все из них вызывают чувство отторжения и неприязни. Многие из них лживы, льстивы и продажны. Это не сказка, а самая настоящая жизнь - в ней взлеты сменяются падениями, удовлетворение и краткие дни богатства - упадком и нищетой, любовь и счастье - слезами и годами отчуждения, а сама жизнь, полная мечтаний и несбывшихся надежд - позорной смертью в одиночестве и разрухе. Именно поэтому так тяжело читается этот роман - потому что ты понимаешь, что это жизнь, и что все это, быть может, ожидает и тебя самого. Натурализм, безжалостное препарирование самого человека и общества, в котором он живет - вот основа стиля Золя, и он следует ему, не отступаясь.

  Я не стану говорить ничего об истории импрессионистов, Поле Сезанне, Клоде Моне, и о том, как был связан с ними сам автор - хотя бы потому, что не считаю себя настолько компетентной, чтобы разбираться во всей этой истории. У Золя были какие-то основания написать этот роман именно таким образом, и не нам его судить. Что же касается самого образа Клода Лантье... Мы смотрим на происходящее его глазами, и поначалу испытываем воодушевление, затем - сомнение, жалость, и, наконец - неприязнь, перерастающую в отвращение. Кому из нас были неведомы мечты юности? Когда хотелось захватить весь мир, поразить всех своим талантом, заставить общество признать свой гений? Клод упорствовал в этом, и раз за разом совершал попытки, надеясь, что уж в этот-то раз все обязательно получится, и между делом довел свою семью до нищеты, ребенка до смерти, а себя - до безумия, в которое утянул и горячо любящую его жену. Это ли - цена искусства? Искусства, которое так и не было оценено? Докатиться до нищеты, до жалости, которую испытывают к тебе собственные друзья, не имеющие силы (или желания) высказать все в лицо... Неблагодарность общества, которая отвергает самые лучшие творения, заставляя авторов жить в нищете, и только после смерти признает их гениальными? Во все времена все новое поначалу воспринималось в штыки. Хотя, несмотря на уверения автора, меня мучают сомнения: а был ли Клод на самом деле гением? Все у него не было как-то через край - приступы творческой активности сменялись сильнейшей апатией, а энергия - безумием. Или он изначально был просто безумцем? Стоит ли раз за разом биться в ворота, которые остаются закрытыми? Стоит ли оно того? Как человеку творческому, мне, наверное, стоило бы ответить "да", однако... перед глазами встает судьба маленького сына Клода, его жены - Кристины, которая любила его до безумия, а он предпочитал живой женщине нарисованные фигуры, порожденные его собственной фантазией... Это ли - судьба гения? И стоит ли так жить? В романе был момент, когда Клод с презрением рассказывает Кристине о судьбе некогда знаменитого художника, который оставил творчество давным-давно и занялся разведением кроликов - и стал абсолютно счастливым человеком. Может, это куда лучшая судьба, чем судьба несчастных, которые рвутся в закрытые для них двери? Или взять особенно мне полюбившегося персонажа - художника Бонграна. Не мучительно ли это - понимать, что пик твой активности прошел, что ты стареешь, и никогда не достигнешь больше тех высот, которые достиг когда-то?

  Особенно меня поразил эпизод последней встречи Клода с друзьями. Действительно, а куда девались всех их мечты, их былая близость? Куда их раскидало и как они потратили свою жизнь? Смотришь на их судьбы и приходит ответ - никак... На этом фоне особенно жалко выглядит писатель Сандоз, раз за разом пытающийся восстановить былое, склеить обломки, не понимая, что даже склеенная ваза никогда не будет выглядеть так, как только что купленная. Пустая жизнь без каких бы то ни было свершений, с безумной озлобленностью друг на друга и желанием обвинить другого в своих неудачах, а дальше - только безжалостный, не знающий реванша и не дающий пощады мрак могилы...

  Если "Творчество" было наполнено такой атмосферой, то я боюсь браться за "Западню" - говорят, это самый тяжелый роман писателя. Но однозначно одно - мы с Золя еще встретимся. И, видимо, не один раз.

  4

  338