Рецензия на книгу

• 

  ruru

  30 апреля 2016

  (рассказик)

  «Тень горы родила тень мыши»
  

  Тень Горация
  

  1.
  

  Проклятие всего сущего – интернет – может понадобиться по разным поводам, и поводов этих намного больше, чем звезд во Вселенной, поверьте. В моем случае интернет стал проводником в офигительный мир Шантарама, указателем на пути боли и невзгод, который я преодолел хоть и с гордо поднятой головой, но уже не тем наивным мальчиком, который в этот путь отправлялся…

  Дальше...

  Мой черный ридер, поблескивая в лучах холодного апрельского солнца всеми шестью дюймами экрана, был подключен к ноуту. Полностью наполнив свой атомайзер дурманящей жидкостью с ароматом корицы, я приступил к опасным поискам в Сети. Я - не жалкий нуб: бездна книжного пиратского рынка, этой файловой клоаки, наполненной вирусами и троянами, для меня родная стихия. И хотя я к тому же мастер по созданию фальшивых аккаунтов, сегодня мне хотелось работать по-чистому: без регистрации и СМС. Внезапно погас свет и значок вай-фая, похожий на четвертый глаз Шивы, изумился оранжевым.
  

  Позднее, вспоминая тот момент и тяжелый дурманящий аромат электронной сигареты, я задавался вопросом: уж не сама ли судьба пыталась меня уберечь, задерживая на входе и не пуская в Сеть? И еще я спрашивал себя: насколько иной была бы моя жизнь, выругайся я тогда и уйди спать.
  

  Через пять долгих минут электроснабжение моего уютного притона вернулось, а еще через пять минут в недра моего верного черного ридера плюхнулся увесистый файл в формате mobi. «Мы с тобой и вправду можем подружиться, мой маленький электронный талмуд, - улыбаясь, прошептал я. Затем я как обычно до упора заполнил все ампер-часы литий-полимерного аккумулятора и натер до блеска кнопки управления. Фыр-фыр-фыр!!!! Поехали, мой любимый черный ридер.
  

  2.
  

  Мы сидели у «Дональда». Апрель выдался мерзким, а шум и теснота этого фешенебельного ресторана дарили так необходимое мне тепло. За стаканчиком кофе после рабочего дня мы блаженствовали – я и мой надежный черный ридер. Сегодня, как впрочем, и всю последнюю неделю за стойкой усердствовал наш любимый официант. По-моему мнению, классность официанта необходимо проверять именно этой фразой - «Свободная касса!». Этот был настоящий ас. За то время пока он скользил от первой буквы «с» к последней «а», перекрывая своим тенором гул заведения, я успевал прочитать страницу. Счетчик количества прочитанного уверенно приближался к двадцати процентам, когда я краем глаза увидел Виталю. Я сразу понял, что он подсел. Подсел на эту не знающую жалости отраву – пирожки с вишней. Об этом свидетельствовали его перемазанные жиром губы и отсутствующий сытый взгляд. Каждый человек сам находит свою дорогу на дно, но Виталя был моим другом. Наши взгляды встретились и остатки разума в его глазах увидели мой приглашающий жест.
  

  - Обильная еда вредит телу так же, как изобилие воды вредит посеву, - приветствовал я.
  

  - Вы должны любить то, что едите, или любить человека, которому готовите. Приготовление еды – это акт любви, - ответил он.
  

  - С тех пор как люди научились варить пищу, они едят вдвое больше, чем требует природа, - парировал я.
  

  - На поминках будет поздно – сожрут и выпьют без нас, - философствовал он.
  

  - Поглощение пищи — удовольствие, переедание — преступление, - настаивал я.
  

  - Наказание едой, точнее ее отсутствием – излюбленный способ коммунистического воспитания трудящихся, - огорошил он.
  

  - Приручайте аппетит подчиняться разуму охотно, - не растерялся я.
  

  - Еда есть натуральное причащение - приобщение плоти мира, - гнул свою линию он.
  

  - Можешь и не заметить, как обеденный стол займет в сознании место алтаря, - напирал я.
  

  - Я ем всё, что не может от меня уползти, - внезапно почти сдался он.
  

  - Некоторые заменяют едопрожевывание на едопроглотизм - это недопустимо! Пищеедствовать надо обкультуренно, т.к. здоровообразие организмосуществующего человекообразного, без едопрожевывания, затрудняет кишечновыделительную деятельность, помогая болезнебактериям заразноразмножаться, - добил я.
  

  - Что за…?!!! – он открыл рот. – Я вижу ты поднабрался ума с момента нашей последней встречи.
  

  Я самодовольно похлопал мой изумительный черный ридер и примирительно завершил:
  

  - Если чрезмерное и исключительное увлечение едой есть животность, то и высокомерное невнимание к еде есть неблагоразумие, и истина здесь, как и всюду, лежит в середине: не увлекайся, но оказывай должное внимание.
  

  - Что читаешь, - невнимательно спросил он, скосив взгляд на официанта.
  

  - Шантарам, - прошептал я.
  

  - Ну-ну! Ладно. Пока, – он встал и дерганым шагом последнего наркоши двинулся в конец очереди.
  

  Я долго смотрел ему вслед, но уже знал, что ничем не могу помочь моему другу. Они все уходили. Каждый на свое дно. Мир полон боли. И не в силах одного человека ее утолить.
  

  Позднее, вспоминая тот момент и тяжелый дурманящий запах пирожков с вишней, я задавался вопросом: уж не сама ли судьба пыталась меня уберечь, показывая, что есть другие пути к нирване, отличные от чтения Шантарама ? И еще я спрашивал себя: насколько иной была бы моя жизнь, купи я тогда пирожок и проглоти его.
  

  3.
  

  Минск – это город без слов. В нем молчат все, повсюду и постоянно. Поэтому любое слово, произнесенное в Минске, – даже мимолетные «пожалуйста» или «прошу вас» – может обернуться самыми неожиданными последствиями.
  

  Для меня и моего долго сохраняющего заряд черного ридера этим словом стало «все-в-одном», услышанное в дежурном троллейбусе глубокой ночью. Именно тогда, глядя в восторженные глаза бородатого мужика с толстенным черным томом в руках, я понял, что не одинок в своем познании истины. Бородатый мужик, представившийся Олегом, благоговейно поглаживал обложку своей книги, приговаривая, будто читал мантру, «все-в-одном-всеводном-одном-омммммммм». Рядом со мной бродят друзья по духу, понял я.
  

  В ту ночь мы с Олегом долго бродили по городу, зачитывая друг другу любимые моменты из Книги. Он угощал меня какой-то жуткой бормотухой, называя ее «феня», пытался подарить туповатый нож из настоящей бомбейской стали и настойчиво звал в гости к себе в Горки, ибо там и только там на человека может снизойти истинное прозрение.
  

  А потом… Ночной патруль, три одиноких близнеца, отфильтровывал боль и жар опьянения, возвращая нам ясный свет трезвости. Мы с Олегом танцевали на скамейке в парке, в холодном лунном сиянии, пели, орали и смеялись, смиряясь с нашими деяниями и утратами. Ночной патруль милостиво взирал на двух глупцов и посылал нам лучи добра, отраженные резиновыми дубинками от наших спин.
  

  Позднее, вспоминая тот момент и тяжелый дубасящий стук «демократизаторов», я задавался вопросом: уж не сама ли судьба пыталась меня уберечь, оставляя синяки-знаки на бумаге-коже? И еще я спрашивал себя: насколько иной была бы моя жизнь, не пожалей я денег на такси.
  

  4.
  

  – Ты уже проснулся?
  

  – Нет.
  

  – Но ты ведь не спишь.
  

  – Нет, я сплю.
  

  – Если спишь, почему ты мне отвечаешь?
  

  Я открыл единственный открывающийся глаз и посмотрел на эту женщину. Если долго живешь с одной женщиной, может ли она тебя удивить. Тебя и твой суперпуперридер. Глаз начал закрываться и тут…
  

  - Ты часто думаешь о Шантараме?
  

  - Почему ты думаешь, что я думаю о Шантараме?
  

  - Забавно, а почему я не могу думать, что ты думаешь о Шантараме?
  

  - Нет, ты, конечно, можешь думать, что я могу думать о Шантараме, но, согласись, забавнее в разы думать, что ты думаешь, что я не могу думать о том, что ты думаешь о том, что я думаю о Шантараме.
  

  - Умолкни, пьянь! Короче, я тут на твоем ноуте файл нашла. «Тень горы» называется. Стоит почитать? А то все равно делать нечего, пока ты не протрезвеешь.
  

  Я только сейчас обратил внимание на ее красивый розовый ридер. Любовь и вера затопили мое сердце и мои глаза.
  

  - Я трезв, любимая. Погоди. Давай оставим наши верные ридеры лежать на прикроватной тумбочке, а сами возьмемся за руки и уйдем в первый майский рассвет. Это будет хорошее завершение шантарамнутого апреля.
  

  P.S. Позднее, вспоминая тот момент и тяжелую, будто залитую горячим свинцом, голову, я задавался вопросом: ну нафига я вставал с кровати?!!!!! И еще я спрашивал себя: насколько иной была бы моя жизнь, если бы вырвало меня все-таки на мой верный черный ридер, а не на ее красивый розовый...

  Заявление
  Все персонажи этого рассказика живут, вредя самим себе. Правдоподобие требует от автора, чтобы они пили, курили, кушали фаст-фуд, воровали книги в интернете и читали «Шантарам». Лично мне все это глубоко параллельно. Что я не одобряю – так это фарисейские приписки в конце книги. RURU

  38 понравилось

  796