Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Дети Арбата. Книга 1. Дети Арбата

Анатолий Рыбаков

  • Аватар пользователя
    serovad11 апреля 2016 г.

    Чем больше, чем глобальнее романы, тем труднее писать на них отзывы. А произведения такого рода, как "Дети Арбата" у меня всегда вызывали двоякое ощущение. С одной стороны, чтобы написать произведение, в котором охвачены, как это принято говорить, "широкие массы" и "различные слои" , нужен незаурядный талант. Талант, заметим, при котором повествование не прекращается в бесконечное бормотанье пономарябубубубубубубубубубубубу, а вот он пошёл бубубубубу, а она... а он... а они, и ещё на 800 страниц бубубубубубу, а при котором каждая новая страница только усиливает интерес к тому, что будет дальше. С другой стороны я почему-то имею предвзятое отношение к произведениям, по которым современные телевизионщики снимают сериалы. Потому как современные отечественные сериалы воспринимаю не иначе как попсу. И тянет, тянет, блин, назвать попсой и само произведение. Вот такой у меня субъективный подход.

    Но всё-таки "Дети Арбата" к таковым не относится, и хоть и не отличается исключительнейшей глубиной, но определённые вопросы перед читателем для самостоятельного осмысления таки-ставит. Сам сюжет добротный, и непременно хочется знать, что там будет дальше. Тем более, что дальше ведь что-то будет - цикл романов Рыбакова называют то трилогией, то тетралогией. В общем, будет что почитать.

    Так вот, первое, что цепляет - это некоторая необычность сюжета. Читая о 1934 году, понимаешь, что где-то скоро вместе с героем (или с героями) окажешься и в застенке, и на допросе, и среди стукачей, и так далее. И всё-таки есть некоторая нереальность происходящего. Ведь главные герои живут на Арбате. Вот вам центр Москвы, столицы великого Советского Союза. Провинциалу почему-то всегда кажется, что там, в сердце, всегда солнечно и светло, гуляют только молодые и красивые, беспечные и счастливые люди (в особенности, если задолго до романа слышал и слушал песню Юрия Антонов "На Арбате"). И в самом деле, у Рыбакова регулярно по улице прогуливаются молодые девушки, а персонажи ходят в рестораны. В общем, небожительство. Какие тут могут быть беды?

    А потом - один ребёнок Арбата по прежнему в ресторанах, другой будет посажен, третий сам сажать начнёт... Жизнь - она и на Арбате жизнь. Слетает солнечный ореол... И вот мы уже не только на Арбате. Мы и в тюрьме. И в кабинете следователя. И в ссылке. И даже в кремле, рядом с отцом народов.

    И это второе, что цепляет неимоверно. Сталин становится таким же важным персонажем, каким является Саша Панкратов. Через монологи Сталина раскрывается сам Дух того времени. Понятно, что Рыбаков пытается объяснить все мотивы, которые двигали Властителем, которые определяли его поведение, политику, решения. Насколько достоверно получилось - другой вопрос. Но верится практически безоговорочно. Чем-то рабыковский Сталин похож здесь на Сталина солженицынского, из романа "В круге первом". Чем-то-то-то-то...


    Люди признают умственное превосходство, когда оно сочетается с превосходством власти. Умственное превосходство приемлемо для них только в правителе, это значит, что они подчиняются умному правителю, это не унижает их, а, наоборот, возвышает, оправдывает в их глазах безоговорочное подчинение, они утешают себя мыслью, будто подчиняются не силе, а уму. А пока вождь не достиг единоличной власти, он должен уметь убеждать, создавать в людях уверенность, будто они его добровольные союзники, будто он только выразил, сформулировал их собственные мысли.

    Ну а третье - это про то, как человек остаётся человеком, и как перестаёт им быть. Вот Панкратов, которые даже в трудные минуты не теряет себя, хотя это сложно. Вот Шарок, про которого вообще ничего говорить не буду. Дьяков, следователь ЧК, чей образ многократно встречался в произведениях русской литературы, и мало чем отличается от иных образов следователей, поэтому и говорить не о чем. И так далее...


    Те, кто отправляет людей в ссылки, заблуждаются, думая, что таким образом можно сломить человека. Убить можно, сломить нельзя.

    Закончу, пожалуй... Мне никогда не удавалось писать много про большие произведения.

    54
    1,1K