Рецензия на книгу
Джентльмены и игроки
Джоанн Харрис
Alexx_Rembo17 марта 2016 г.Призраки в золотой пыли и прочие приятности.
Не люблю Харрис, но об этой книге хорошо отзывалась Завозова, а она еще ни разу не ошиблась в своей оценке, как на мой вкус. И тема хорошая: старинная частная школа, куча скелетов по шкафам с пыльными книгами за фикусами, становление человека в этой пыли, новые скелеты, взросление и умирание. Школа - это компактная модель жизни, очень важной части жизни. Разве не об этом снял свое "Общество мертвых поэтов" Уир - и дополнил своей смертью Робин Уильямс? Об этом, может быть, думала Донна Тартт, когда писала свою "Тайную историю.
Ну так вот, я в восторге. Тонкие, припорошенные золотистой пылью, воспоминания и переживания героев кажутся привлекательно настоящими, а логика сюжета не сбоит - все неспешно и как будто в заколдованном сне.
Школа - мерзкое место, сколько невротиков она из себя исторгает, а они потом называют себя взрослыми и начинают выблевывать гадость, которая в них зародилась тогда, во времена золотые.
Нет, не так. Детство - мерзкое время, и если тебя не поддержит кто-то добрый и сильный, то тебя всю жизнь будет тошнить гноем от ран, оставшихся с тех лет золотых.
Черной пешке из "Джентльменов и игроков" не повезло дотянуться до руки доброго и сильного Белого Короля, а он и не протягивал руки. Прошло 15 лет, и пешка вернулась мстить Королю, его свите, его солдатам и бастионам частной школы для мальчиков Сент-Освальд. Очень целеустремленная, озлобленная и умная пешка, надо сказать. Не по росту.
Честно говоря, формально, и король-то - так тоже, пешка в бюрократической системе образования. Он просто очень хороший педагог, он помнит всех своих учеников, и он всегда вставал на их защиту, даже самых гнилых и испорченных. Но кроме Сент-Освальд и мальчишек он ничего больше не знал и не любил, и оказался, благодаря этому, самым крепким зубчиком в шестеренке. Бесчеловечно ли это - любить свою школу больше ближнего своего и утаить от мира одну скандальную ерундовину, которую увидел (а может, не увидел, а может, это дворник был) как-то ночью, много лет назад?
Насколько виноват человек, превратившийся в психопата, если его детство, самые важные моменты созревания оказались такими, как у пешки? На 100% или на 50?
В одном Харрис остается себе верна всегда - так или иначе, она прощает всех. И она заставляет нас тоже простить их. Разворачивает героев так и эдак:"Как думаешь, что есть зло? Классовое неравенство? Гендер? Неполные семьи? Гадкие дети? Безответность? Безразличные взрослые?" А может быть, что-то большее, что-то древнее и постоянное, как приливные волны. Волны - это игроки с манерами джентльменов. Зло приходит, сносит все, до чего может дотянуться, - и уходит по-английски. Можно и выстоять. Человек может, если он джентльмен со своей игрой и своими правилами игры. И школа смогла. Этот процесс бесконечен: волны возвращаются, и всегда кто-то устоит под их напором.
Харрис собирается продолжение выпускать. В мою мысль это укладывается. Король нашел себе замену, пешка обещает вернуться. И это правильно, так и должно быть.UPD. Осторожно: намек на спойлер. Есть один совершенный момент почти в финале истории, который я не могу оседлать словами. Тот момент, когда король победил пешку. Когда стало очевидно, что завязка пешки на травматичном периоде своего детства - ерунда, чушь. То, что казалось великим чувством, великим человеком, великой свободой оказалось простой детской влюбленностью, гадким трусливым человеком и свободой до тех пор, пока мама в угол не поставит. В итоге, как мне кажется, пешка переоценивает роль тех событий в своем прошлом - но не обесценивает в этом роль самой твердыни Сент-Освальд. Поэтому получает свободу, но догадывается, что свобода эта не абсолютна, на планете всегда будет место, где для пешки уже давно помечено крестиком. Пешка навсегда останется стрелкой компаса - и в этом чувствуется болезненное уважение самой Харрис к местам и явлениям сродни Сент-Освальд. Она раньше всегда была про свободу, цыганщину и широкие такие жесты, но это не мешает ей чувствовать намагниченность каждого элемента мира. "Вольно, мальчик, на воле". Но - "Вольно, мальчик, на своей". Тэффи все знала про всегда конечную свободу и намагниченность - не могу ее не вспомнить.
273