Рецензия на книгу
Острова и капитаны
Владислав Крапивин
sandy_martin5 марта 2016 г.Из всего детского увлечения Крапивиным эта книга мне попалась уже ближе к спаду лихорадочного чтения, и я ее прочла не раз 10-15, как все (интернета не было, читала быстро), а ну раза 4-5, наверное. Тем не менее, когда мне самой было лет 14-15, я считала ее, точнее, последний том "Наследники" - ни много ни мало, лучшей книгой в мире.
Не перечитывала, наверное, со школы, тогда же потеряла последний том. Вообще таинственно пропали все книги, по которым я готовилась к поступлению в Аничков. (Я рассказывала про "Острова и капитаны" на вступительном по литературе). И, вы знаете, я эту книгу все так же очень сильно люблю. Я даже ей все недостатки прощаю, потому что люблю безусловно.Это редкий жанр - советская подростковая семейная сага. И тайны тут есть, и переплетение судеб, и исторические пласты, и роман в романе, и поиски пропавшей книги, и остросюжетность, и отношения между людьми, и отцы и дети, и роман взросления, и простые жизненные вопросы - про жизнь и смерть, смелость и трусость, ложь и правду, силу и слабость.
Это еще и роман-попытка осознания автором окружающей действительности, которая в 80е годы стремительно менялась. И если первые две части в чем-то похожи на предыдущие его книги - "Хронометр" на все истории про послевоенные годы, в которых есть автобиографический оттенок, "Граната" - на истории про мальчишек 60-70 гг (при этом в них достаточно новых и серьезных ходов, чтобы даже после гор прочитанных томов Крапивина они не казались самоповторами), а "Наследники" показывают нам нового героя. И мне кажется, ни до, ни после таких персонажей у ВПК не было, как Егор Петров. Он очень серьезно эволюционирует, он даже по возрасту старше всех главных героев-детей. И множество тем, с которыми он сталкивается, уже не детские, а из суровой взрослой реальности. Вообще довольно жесткий роман, при этом не теряющий ноток летящей романтичности в лучших традициях.
Может быть, автор хотел отыскать надежду для кажущихся безнадежными со стороны. Конечно, Егор все же изначально по своему характеру не был пропащим, не был прирожденной шпаной. В нем потоптали всё доброе и светлое, но не до конца, и оно смогло вырасти вновь.
Я не умею, не могу достойно написать об этой книге, у меня нет достаточного количества слов, чтобы выразить все чувства к ней - к которым теперь прибавилось еще чувство возвращения домой. (Какие в "Гранате" описания Севастополя! Он встает у меня перед глазами, а ведь я давно там не было).
Я только скажу, что именно отсюда взяла слова, которые иногда считаю своим девизом - spe fretus (опираясь на надежду).33702