Рецензия на книгу

• 

  Lady_North

  27 февраля 2016

  Первое мое впечатление от этой книги - еще даже не при прочтении, так, при беглом пролистывании в попытке определить, стоит ли это читать - что она в чем-то жутко походит на "Тихий Дон", только на польский лад. И что, наверное, она мне так же понравится.
  Второе впечатление, возникшее уже где-то к середине книги и сохранявшееся до самого конца - что такое я почитала бы не только про Польшу, но и про любую другую страну, чтобы узнать побольше о жизни простых людей, их обычаях, традициях, их ценностях и нравах.
  Третье впечатление, сформировавшееся почти одновременно со вторым - "Автор, все круто, да, но может, давай уже закругляться?"

  Мне очень многое понравилось в этой книге именно с точки зрения композиции, построения сюжета и манеры изложения.
  Я была в восторге от того, как и какими словами автор описывает природу. Он подбирает незаезженные, не набившие оскомину эпитеты и выражения, но при этом он не ударяется в какие-то заковыристые и витиеватые выражения, которые раз пять перечитаешь, прежде чем поймешь. Он повествует все тем же языком, простым и понятным обычному человеку, но в то же время подбирает такие точные слова, такие удачные сравнения, что диву даешься.
  Вот пример одного из описаний, еще из самого начала, когда я честно делала закладочку в ридере на каждом потрясающем описании природного явления, еще не понимая, что они будут практически в каждой главе:
  

  
  Как-то тихим, сонным утром, вскоре после дня Св. Варвары, посылающей людям легкую смерть, налетели первые резкие ветры, облетели землю, завывая, как псы, ищущие следа. Вгрызались в поля, ворчали в кустах, разметали снег, потормошили сады, замели хвостами дороги, прогулялись по водам, потрепали кое-где украдкой соломенные крыши и ветхие плетни и, кружась, с визгом умчались в леса. А вслед за ними, сразу после заката, начали выползать из сумрачной дали длинные, свистящие и колючие языки вихрей.
  Они дули всю ночь, воя в полях, как стаи голодных волков. И здорово же покуролесили: к утру из-под разметанного снега уже виднелась голая земля, в лощинах и ямах, белели раздерганные плетни, поля кое-где обнажились и словно светились лысинами… дороги подмерзли, обледенели, мороз острыми клыками вонзался в землю, и она звенела, как железо. Но как только настал день, вихри удрали, укрылись в лесах и, притаившись там, казалось, в злобном напряжении готовились к новому бешеному наскоку на деревню.
  А небо становилось все пасмурнее, заволакивалось все гуще, тучи наползали отовсюду, поднимали свои безобразные головы, расправляли согнутые тела и, разметав седые гривы, сверкая зеленоватыми зубами, двигались целым стадом, грозной, мрачной, бесшумной ордой атаковали небо. С севера шли черные, огромные горы, рваные, раздерганные, расщепленные, нагроможденные одна на другую, похожие на груды сваленных бурей деревьев. Их пересекали глубокие пропасти, засыпанные зелеными глыбами льдов, и они рвались вперед с необузданной силой, с глухим шумом. С запада, из-за недвижных черных лесов, медленно наплывали громады темно-синих набухших туч, местами словно прочерченных огнем, шли одна за другой, бесконечной вереницей, как стаи громадных птиц. С востока надвигались тучи, плоские, ржавые, словно гнилые, отвратительные, как падаль, истекающая сукровицей, а с юга — какие-то ветхие, растрепанные, красноватые, напоминающие цветом и видом торфяные болота, или все в синих полосах и наростах, похожие на мусорные кучи, кишащие червями. Да еще и сверху, словно от погасшего солнца, сыпались тучи, как грязные клочья, и другие, яркие, как остывающие куски раскаленного железа, — и все это сталкивалось и заливало небо страшным черным бурлящим потоком грязи и мусора.

  И простите, что цитата огромна. Я не виновата, в случае с Реймонтом охота цитировать по доброй половине главы.
  Что еще прекраснее, каждое такое описание природы не просто к случаю дается, а создает должное настроение перед событиями главы. Автор будто подготавливает нас, показывает, насколько в то время человек жил в единстве с природой, неотрывно от нее.

  Вероятно, отчасти с этим связано деление романа на 4 части - Осень, Зима, Весна и Лето. То, какой оборот принимают события романа в этот период, в общем-то соответствует общему настрою времени года. Осень как пора увядания, ожидание грядущих тяжелых времен, уныние. Зима - тяжелый период, застойный, в котором нет движения вперед, который просто надо пережить, перетерпеть, перестрадать в ожидании лучших времен. Период, особенной жестокий и тяжелый к своему концу. Весна - как период перемен, обещания чего-то нового, пусть не всегда хорошего, но все же многое былое уходит как прошлогодний снег. Вот только лето, пожалуй, у меня не согласовалось с моими личными представлениями о настрое этого времени года. Но это так, личные представления.

  Мне очень понравилось, как автор управляется со своими героями, как играет ими. Он не боится убрать кого-то из центра повествования на приличный промежуток времени. Он не мечется туда-сюда, стараясь дать посмотреть читателю на все своими глазами. Яркий пример - когда мужики сидят в остроге, практически ни разу повествование не перемещается туда, но при этом и не создается впечатление, будто большой кусок истории нам не показали. Менее масштабные случаи "выпадения" кого-то из сюжета случаются сплошь и рядом. Все сплетничают о том, что творится в избе у Борыны, но видим мы это лишь глазами деревенских сплетниц. И ведь ничуть не блекнет от этого впечатление.
  Иногда автор и вовсе выдергивает нас из одного момента в другой, пересказав пару месяцев жизни за пару абзацев, и при этом пересказ вовсе не кажется мостиком от одного места к другому, который висит тут "потому что автору так надо". Автор умеет рассказать бегло, галопом по европам, осветив только действительно важное, и не дав заскучать читателю.

  Отдельное браво автору за то, что нельзя однозначно назвать кого-то из персонажей главным героем, равно как нельзя и назвать кого-то чисто отрицательным или положительным персонажем. Борына, Антек, Ягна - эти как будто играют большую роль в сюжете, но при этом и они иногда запросто уступают место другим - Ганке, Доминиковой, Ягустинке, Матеушу, да даже старику Кубе - чтобы они тоже могли рассказать свою историю. И предстают персонажи перед нами так, что иной раз даже не помнишь их внешности (вот так навскидку я помню только то, что Юзя была русой), но доведись встретиться с ними вживую - сразу узнаешь и по манере держать себя, и по манере говорить.
  И каждого, абсолютно каждого персонажа есть за что любить и есть за что ненавидеть. Каждому вроде и сочувствуешь, вроде и прибить местами хочется собственноручно. То есть я абсолютно понимала, почему Мацей выгнал Антека со двора, почему женился на Ягне, понимаю и его последующее послабление и заботу о Ганке и ее семье. Понимаю Ягну, хоть и не разделяю ее поведения, хоть и удушить ее хотелось за ее "Это все ты виноват, это все из-за тебя, это ты меня в грех ввел". Как будто у самой головы на плечах не было. Блин, да я даже понимаю кузнеца, хоть это чуть ли не первый злодей на деревне, черт хитрожопый.
  И описать каждого персонажа именно так - не подчеркнуто антагонистом или протагонистом, не закладывая в него чего-то, чему читатель изначально должен только сочувствовать или только ненавидеть - это большого стоит. Автор словно дает нам просто картину жизни людей и оставляет за нами право самим судить и делать выводы, кто здесь прав, кто виноват.

  Финал у меня вызвал какие-то двоякие впечатления. То есть я понимала, что накипело, что что-то подобное должно было произойти. Но что все в итоге вывернется вот так, я пожалуй все же не ожидала. Наверное, оно и правильно. Жизненнее получилось, без показательной морали, которой иногда грешат классики - закончить не так, как было бы реалистичнее, а так, как будет поучительнее.

  В общем, это такое монументально-эпическое повествование о жизни одной польской деревни Липцы. Я б назвала его романом-эпопеей, да только особо важных исторических событий сюда не вплетается. Хотя показана жизнь со всех ее сторон - это и семейная жизнь, и ведение хозяйства, и соседские отношения, и праздники, и религия, и взаимоотношения с помещиками и иными вышестоящими лицами. Тут есть все, чем жили люди в то время. И хоть Ягна волей-неволей выводит на передний план любовные линии в романе, они все же не основные. Они играют большую роль, не поспоришь, но все же столько раз мы видим примеры, когда становится не до обжиманий у плетня, когда верх берут более важные аспекты.
  Я рада, что все же осилила это. Ух.

  14 понравилось

  0

  148