Рецензия на книгу

• 

  metakgp27 февраля 2016 г.

  По обрывочным школьным воспоминаниям «Обломова», а также вузовским - «Обыкновенной истории», могу заключить, что Иван Гончаров привлек меня к «Обрыву» искусной иронией и правдой жизни. Если уж какой-нибудь дурашка пролежал всю жизнь на печи, то принцесса ему на голову в итоге не свалится, - утверждает Гончаров. Скорее, он сам свалится с печки. Похвально.
  «Обрыв», признаюсь, испугал своими размерами, но – даешь правду жизни! В больших объемах.

  После прочтения разделила роман на три условных части-пласта.
  Первая часть оправдала ожидания. Масштабно, тонко, интересно, забавно. Райский, бабушка, Марфинька – чудо как хороши! Мужики, бабы, деревня, лето, Волга – того лучше. Русская классика в действии.
  Вторая часть – неумелый, затянутый триллер. Сцена за сценой не развивают действие, а топчутся на месте, или, того хуже, пятятся назад. Читателю давно уже открылась тайна, но автор медлит и медлит. С тоски ж удавиться можно. Сначала томишься в ожидании тайны и трагедии – глаза б их уже не видали, затем наблюдаешь их бесконечную круговерть и снова томишься.
  Третья часть – опостылевший любовный роман. Страсть, страсть, страсть. Страдание, страдание, страдание. Страсть, страсть, страсть. Нудно, нудно, нудно. Вера, Вера, Вера…
  Вера.
  Главный женский образ в романе. Гончаров замахнулся, видимо, на непосильную для себя высоту. Шмяк! С печки обрыва. Красивая, умная, тонкая, мудрая женщина выглядит нелепой пародией на саму себя – самодовольной, хитрой кривлякой. Это кривлянье и ужимки – в диалогах, в поступках. Красота и ум – в описаниях. Они конфликтуют меж собой. Что в итоге? Вера и ее трагедия не вызвали у меня ни жалости, ни участия. «Да так тебе и надо, мокрая курица!» - подумала я.

  На этой радостной ноте заканчивать не хочется.
  И Гончарову не захотелось.
  Поэтому отодвинул он, хвала небесам, Веру с ее страстями на задний план, а вывел на передний Райского и бабушку, семейные ценности и житейскую мудрость.
  Борис Райский вообще один из самых душевных образов, встреченных мной в литературе. Он живой и настоящий. Удаются Гончарову такие вот мятущиеся личности, без стержня, без притянутых за уши идеалов. Их образы выходят законченными, запоминающимися, близкими. В них проще узнать себя и признать, что быть героем романа можно, при этом оставаясь обычным человеком.

  В очередной раз мой положительный отзыв отклонился от темы и превратился в брюзжание. На самом деле, «Обрыв» - роман замечательный. Глубокий, страстный, чуткий, плавный, масштабный, добрый, наполненный истомой знойного лета на берегах Волги.

  6

  107