Рецензия на книгу

• 

  Maple8116 февраля 2016 г.

  Что понравилось мне в этой книге с самого начала, так это образный язык.
  

  
  В такую-то дождливую погоду Рахель вернулась в Айеменем. Косые серебристые канаты хлестали рыхлую землю, вспахивая ее, как пулеметные очереди. Старый дом на пригорке низко, как шапку, надвинул от дождя крутую двускатную крышу.

  Читать такие неизбитые сравнения было одно удовольствие, хотя обычно я не увлекаюсь описаниями.
  Страна - Индия- малознакомое мне место, скорее, оно окутано ореолом некой таинственности, но тут все было и просто и, одновременно, сложно. Романтики никакой, только суровая правда жизни. А вот правила, по которым протекала эта жизнь, объяснены схематично, без длинных описаний традиций, достаточно для понимания, но слишком уж коротко, обрезано, как будто украли целый кусок великолепно расшитой ткани. Нет, автор явно не собиралась нам рассказывать о стране слонов, раджей и драгоценностей, она повествовала о запретной любви, о женском бесправии, о сломанных судьбах, о караулящей за углом нищете.
  Нет, нет, перед нами вовсе не слезливый любовный роман с обязательными танцами, а настоящая и удачно замаскированная социально-психологическая драма. Перед нами - тайна, которая таковой и не выглядит. Да, в семье случилось несчастье, но ведь это обычное дело для той страны, не так ли? И вот перед нами спиральная лестница, мы поднимаемся по ней шаг за шагом, вокруг голые стены, нельзя сказать, чтобы было уж особо интересно, или что-то сильно привлекало внимание. Но вот перед нами площадка с видом из окна. Теперь мы видим уже больше, чем у подножия, хотя другие строения еще изрядно застилают нам вид. Идем дальше, проходим вторую, третью площадки. Постепенно у нас складывается уже куда более цельная картина о событиях, кроме того мы можем понаблюдать и составить себе портреты многих встречающихся людей. И вот - вершина, полный круговой обзор, когда уже нет никаких тайн, когда уже ясно видишь происшедшее. Когда понимаешь, что целая цепь случайностей привела к такому концу. Немножко виноват один, немножко другой, а за этим хаос, рухнувшие в одночасье жизни. Но есть люди, действовавшие во тьме, а есть режиссер спектакля. Пусть и он не мог рассчитать всех последствий, но он все это сделал. Глупая жестокость, потворство традициям, вера в идеи отцов, буква во главе закона, и посыпались как костяшки домино несколько жизней одна за другой. А у режиссера даже не осталось чувства вины, лишь удовлетворение от того, что все получили по заслугам.

  10

  56