Рецензия на книгу
Вий
Николай Гоголь
carbonid19 февраля 2016 г.Не пейте, люди, водку! (возможны спойлеры)
Ай да Гоголь, ай да молодец. Зря моя мама и особенно бабушка, тыкая иногда пальцем на дедушку, пели мне сказки о вреде алкоголизма. Если когда-нибудь у меня появится спиногрыз, дам ему почитать «Вий» этого товарища, которого, как теплое одеяло, перетягивают на свою сторону украинские и русские искусствоведы.
Это же нужно додуматься, замаскировать антиалкогольную проповедь под рассказ ужасов(?) в самый разгул этой напасти в нашей когда-то общей стране. Да так забацал, что только пьяница раскусит Гоголя. Я, правда, был в состоянии музыкального запоя, но это уже детали.
Люди религиозных профессий того времени в свою очередь получили дабл-плюху. Первая состоит в том, что они не справились со своим заданием и пришлось поэту выполнять за них профессиональную работу. Вторая уже больней – главный герой не кто иной, как образ дьяка или попа девятнадцатого века (не двадцать первого потому, что не пристало святому отцу спать в бурьянах и пить второсортную самогонку).
Немножко о сюжете, да так, что проспойлерю его целиком, огромный до неприличия и нетипичный для современного обывателя голливудовщины. Три студента Братского монастыря оказываются ночью без крова
и горелкии неожиданно наталкиваются на одинокий домик с подозрительной бабушкой… Ладно, про Голливуд я погорячился, но все же Гоголь умер раньше.Будь как дома путник, я ни в чем не откажу,
Я ни в чем не откажу, я ни в чем не откажу!Один из троих героев, предположительно, нажрался в хлам спрятанной от товарищей заначкой, Ред Буллом - судя по скорости передвижения на четырех, изнасиловал деревенскую девушку и благополучно все забыл. Вот они мужики девятнадцатого века!!1 Жертва оказалась дочерью местного буржуя и на смертном одре попросила отца, чтобы никому неизвестный киевский студент прочел над ней панахиду, не раскрывая папеньке настоящей причины такой странной просьбы. Воистину была христианкой, простив своего насильника. Бедный Брут, герой истории, (не потому ли Брут, что ред булл выпил сам, оставив товарищей мерзнуть?) (не потому ли Брут, что реального прототипа тоже прощали?) вспомнил девушку, когда увидел ее мертвые глаза в деревянном гробу. Девушка простила, но совесть не прощает, как и пьяный угар. А вместе они могут и сказочного Вия вызвать к жизни.
И волки среди ночи завыли под окном.
Старик заулыбался и вдруг покинул дом.
Но вскоре возвратился с ружьем на перевес:
Друзья хотят покушать, пойдем приятель в лес!
(Каучсерфинг. Он такой. Опасный.)Перечитывая несколько недель назад "Бойцовский клуб", я осознал какой пласт авторской идеи я упустил два года назад из-за своей неосведомленности в направлении крайнего индивидуализма. И вот, когда настал момент осязания истины, я прошипел про себя с улыбкой на лице: "Ай да Поланик, ай да сучий сын". Вчера было что-то похожее, но поскольку Гоголь не живет в наших временах и нравах, то я просто написал: "Ай да Гоголь, ай да молодец".
Итог: хитро, весело, атмосферно, до неприличия заморализовано и завуалировано.
Вопрос: как сюжет о изнасиловании будущим дьяком-алкоголиком полубезумной девушки перепрыгнул царскую цензуру?37792