Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Защита Лужина

Владимир Набоков

  • Аватар пользователя
    Why_Nina31 января 2016 г.

    Книга оставила по себе очень смутные, даже смятые чувства. Главный герой, безликий шахматист, который в упор не замечает жизни вне шахматной доски, борется с самим собой, но в итоге поддается своему противнику. Говоря на его языке, он - тура, что по прямой мечется взад и вперед, редко в сторону, и не имеет покоя, вечно натыкаясь на угол доски. В итоге тура поддается ферзю во избежания мата.

    Казалось бы, неплохая задумка - маленький гений превращается в призрачного получеловека, тучного, отстраненного хряка, которому природа запретила единственное удовольствие, которое он мог получать от жизни - игру в шахматы. Но получилось из всего этого лишь густая, пресная каша, в которой я, как погрязшая муха барахталась от главы до главы. С самого начала этот отстраненный мальчик не вызывает симпатий; бесчувственный к миру, к родителям, к людям, он отвергает реальность и находит утешение лишь в шахматах. Путешествуя по миру, побеждая на соревнованиях он не видит вокруг себя ничего, кроме шестнадцати вышколенных фигур, постепенно сливаясь с ними в одно целое. На рубеже его жизни мы встречаем новую героиню - его невесту, впоследствии жену, которая с трудом вписывается в сюжет романа. Совершенно не понятно, зачем она вцепилась в этого толстого, нищего, недалекого типа, от которого к тому же явственно разило обреченностью. Наблюдать за семейной жизнью обывательницы и умственно отсталого гения - беспредельная скука, попытки жены привить мужу хобби не увенчались успехом ни в книге ни вне ее, да и вся история одаренного одиночки постепенно сходит на нет, оставляя после себя тягучую слизь бессюжетности.

    Набоков гений, он создал Лолиту, то есть вершину литературного поприща, но остальные его романы (до лолитовские и после) никак не соприкасаются с той величественной силой, что пронизывает всю книгу о нимфетке. Но чего не отнимешь у легендарного писателя, так это его поразительного слога, пропитанного всеми художественными маневрами, какие только можно вообразить.

    2
    26