Рецензия на книгу

• 

  Phashe29 января 2016 г.

  Кокаиновое послевкусие

  Очень противоречивая вещь. Противоречивая в смысле выстраиваемых оппозиций; противоречивая в смысле утверждения через отрицание; противоречивая в плане оценки действий, отношения, сюжета, необходимости. Мрачно, упадочно и, к сожалению, очень реалистично.

  В чём противоречивость? Сознательный поступок и последующее раскаяние, раскаяние от того, что сделал несмотря на то, что знал к чему приведёт – и знал без всяких вариантов, никакой алеаторности и быть не могло. Если раскаяние действительно искреннее, то насколько оно искупает первоначальное осознание неправильности поступка? «Я сделаю это, хотя это плохо; я сделал это - мне стыдно; я осознаю, что это плохо и так было делать нельзя; я раскаиваюсь в содеянном, значит я прощён, все долги со счетов и я опять безгрешен» – примерно такова основная схема всех действий и мыслей героя.

  В чём кокаин? В получаемом эффекте. В смене настроения от метания «как поступить» до «страдания» и затем достижения катарсиса самооправданием. То любишь, то убить хочешь, то чувствуешь себя царём мира, то понимаешь, что мира нет и царя, впрочем, тоже нет. Это даже не метание между двух полюсов дуалистического восприятия картины мира, но это - положение, когда ты включаешь в себя одновременно оба полюса. Множественность внутри одного целого, при этом нет гармонии этих разных начал, а есть только расслоение с чем-то странным и неуловимым, что это как-то ещё поддерживает, не даёт развалиться. Стакан, вода, масло, гравитация.

  Удивительное расхождение мысли и дела. Брать нельзя, но очень хочется - а надо ли вообще брать? Да, надо, - с одной позиции, с практической; с другой позиции, с этической – это подлость и скотство. Как поступить? Скотская, но очень практичная натура побеждает или это всё же победа рационализма над абстрактными понятиями?

  Как себя вести? Плохо (так как хочется) или может всё же так, как надо (как требуется)? А надо для кого? Для себя ли, - сколько поступков делается ради публики, особенно те, что мы называем моральными или этичными. А как быть с деньгами, когда они вроде бы нужны – с одной позиции, теоретической; но с другой, фактической, их просто нет и быть не может. Забавные игры в которые мы играем, до потери всего стоим на выполнении правил этой игры, правил и игры, которую мы сами же придумали, сами в неё добровольно вступили, сами страдаем, но продолжаем играть.

  Подобная прослойка населения, уж не знаю можно ли сказать «упадочных аристократ», а за ними и все остальные аристократы, просто были обречены на вымирание. Если бы их не довели большевики, то они бы сами себя вывели, играя в таки игры со столкновениями практичности и этики.

  Любовь очень разная, и не знаю уж, но давно пора ввести для всех типов любви свои слова, чтобы не путать и не путаться. Любовь к матери с лёгким оттенком стыда назвать одним словом; любовь к девушке с лёгким оттенком обожествления назвать уже совсем другим словом; любовь к кокаину с лёгким оттенком безысходности назвать третьим словом. Определять столь разные отношения одним словом очень абсурдно, возникает путаница в понимании этого отношения. Сложное это отношение любовь. Наверное, поэтому никто так и не определил, что такое любовь и люди уже столько много тысячелетий путаются и стукаются лбами, называя любовью разные явления. Кстати, пингвины – птицы, а дельфины – млекопитающие.

  Роман об иррациональной борьбе разных начал. Разные оценочные критерии, разные системы оценки, дают на одну и ту же ситуацию разные ответы. Любовь говорит одно, социальное противоречит любви; духовное в разладе с чувственным; практичность не сходится с этическим. В какой сложный мир нас поселили!

  Пик любви, как и пик кокаинового экстаза, проходят. После достижения любого пика начинается спад. Остаётся со временем пустота. Вадим меняет один кайф на другой, пытается заполнить возникшее пустое место, а потом понимает, что пустое место есть не внутри него, а он сам весь и есть пустое место. Но, как ни старайся, любовь кокаином не заменишь. Он имеет одну особенность – быстро кончается и в итоге ещё только больше расширяет пустоты. Всё хорошее быстро кончается, если не имеет под собой реальной основы.

  Чувства должны выходить наружу, желания должны удовлетворяться. Человек хочет быть счастлив, а счастье очень штука неуловимая. Если счастья нет, то его будут искать чем заменить: хобби, работа, алкоголь, наркотики, религия. Люди после расставания с любимыми начинают пить не «с горя», а для заполнения пустоты. Зачем подаются в секты? Вас когда-нибудь спрашивали на улице «счастливы ли вы?» Религиозные фанатики всегда выглядят такими «наполненными» - посмотрите новости. Хотя стоп – ни в коем случае не смотрите новости!

  Кокаин - это грубая замена счастья, instant happiness. Вместо любви, вместо религии, вместо счастья, вместо работы. Проходит быстро, но на время иллюзия возникает и держит. За эту иллюзию можно зацепиться, какое-то время повисеть, держась за неё. Потом какое-то время летишь (вниз) с ощущением счастья, - но летишь же! да и чем падение не полёт? И какая разница, что иллюзия? В это короткое время блаженства ты этого не осознаёшь и тебе просто искренне хорошо, а что там будет дальше – пусть будет дальше, пока что хорошо. До дна – жёсткого столкновения с реальностью - ещё лететь и лететь. И да простит меня Бодрийяр, но я опять обнаружил тут симулякры и симуляции; и пусть спасибо скажет Лиотар, ибо его я тут не припомнил.

  20

  484