Рецензия на книгу
Корабельный холм
Ричард Адамс
Lenisan15 января 2016 г.Известна ли вам убогая халтура, именуемая "Котами-воителями" и написанная под лозунгом "дай вам боже, что нам негоже"? Я хочу сказать, что некоторые издатели, киноделы и прочие культурные деятели явно уверены, что раз у детей ни вкуса, ни, скажем, читательского опыта пока толком нет, то им можно сливать любое убожество, всё равно не разберутся. Но не будем уходить в эту благодатную тему, так как я помянула "Котов-воителей" исключительно для контраста. Приключения животных, наделённых разумом и способностью разговаривать, но не очеловеченных в полном смысле слова - основа и бесконечной кошачьей серии, и "Обитателей холмов", но разница между ними так велика, что и сравнивать бессмысленно. "Обитатели холмов" достойны восхищения, это такая детская книга, над которой и взрослый с удовольствием зависнет, это (моя попытка уклониться от заезженных штампов провалилась) настоящая литература, в конце концов. Я провела половину новогодних праздников в компании чудесных кроликов с Уотершипского холма, и я под впечатлением. Более того, я получила намного больше, чем ожидала.
То есть большая добрая сказка про кроликов именно большой доброй сказкой и оказалась, но разве я могла ждать столь эпического размаха? У обитателей холмов есть собственный фольклор, и в роман вплетено множество историй о Принце Эль-Ахрайрахе, прародителе и покровителе кроличьего племени; зверьки, живущие от силы три-четыре года, предстают хранителями большого культурного наследия, уважают своих сказителей и пророков. Ну, "пророки" - это громко сказано, просто некоторые кролики обладают сильной интуицией и способны чувствовать приближение опасности. Есть у этого маленького народа и что-то вроде религии, они верят во всемогущего Фрита-Солнце и Чёрного Кролика Инле, правящего миром мёртвых, ну и, конечно, в Эль-Ахрайраха. Даже собственный язык есть у кроликов, и это, кстати, придаёт особенное очарование роману: не "лиса", а "хомба", не "поедание травы рядом с норкой", а "силфли", не "хищники", а "элили", не "автомобиль", а "храдада"... Мелочи, но они придают достоверности, мы как бы действительно погружаемся в культуру кроликов, а не смотрим на всё человеческими глазами, пользуясь привычными наименованиями. И потом, какое славное словечко - "храдада"!
Упомянутую мной эпичность подкрепляют эпиграфы. Собственно, открыв первую же главу и увидев эпиграф из древнегреческой трагедии, сразу понимаешь, что тебя ждёт нечто необычное. Дальнейшие главы предваряет едва ли не вся мировая литература - цитаты из классиков (даже из Достоевского), из исторических трудов, из научно-популярной книги о кроликах...Итак, полноценная жизнь, с культурой, искусством, историей и обычаями. Некоторые кролики обладают даже поэтическим даром, и приведённые стихотворения (немного, всего два или три) меня лично тронули. При этом автор постарался, чтобы было очевидно: стихи писал именно зверёк. Под катом приведу эти стихи, потому что они довольно большие.
Так вот, казалось бы, кролики очеловечены до предела, вон у них какая цивилизация. Что от животных-то осталось? И вот тут самое прекрасное: автор сохранил своим героям все или почти все кроличьи повадки. Их поведение и образ жизни соответствуют тому, как живут их реальные прототипы (вспомните для контраста тех самых котов-воителей, у которых от кошек только название и осталось!). Многие свойственные им особенности автор поясняет прямо в тексте, ссылаясь на специальную литературу. Конечно, большим отклонением от реалистичности является Эфрафа, но тут уже явно видны признаки "антиутопии для самых маленьких", и это, как говорится, совсем другая история. Как бы то ни было, удачное сочетание животных повадок и разумности (характерной для сказок, кстати сказать) делает персонажей Адамса очаровательными донельзя.Что сказать о стиле? Роман отнюдь не сентиментален и не слащав, о жестокости природы автор знает и приукрасить её особенно не пытается. Ни одной скучной страницы я лично не обнаружила, и хотя дети, возможно, пролистывали бы описания природы, мне понравилось всё от начала и до конца. А ещё в финале этой книги - одна из самых красивых и добрых (как бы это ни звучало) сцен смерти, какие я только видела.
Рекомендую всем.
Гуляет ветер, ветер над травою,
Сережки ив серебряных качает.
Куда ты, ветер, мчишься так? — Далёко,
За горы и холмы, за край земли. —
Возьми меня с собою прямо ввысь,
И я помчусь, я стану Кролик Ветра
Там, в небе перистом, где небеса и кролик.Река бежит, бежит себе над галькой,
Меж синих вероник и желтых лилий.
Куда ты мчишься так, река? — Далёко,
Всю ночь скольжу за вересковый склон —
Возьми меня, река, в сиянье звездном,
И я помчусь, я стану Кролик Рек
За гладью вод, где зелень вод и кролик.Летит по осени дождь листьев желтых, бурых.
Шуршат в канаве листья, виснут на ограде.
Куда вы мчитесь? — Мы уйдем далёко,
Куда дожди и ягоды уходят. —
Возьмите и меня в глубь темных странствий.
Помчусь за вами, стану Кролик Листьев
В глубинах недр, где лишь земля и кролик.Под вечер Фрит лежит на красных тучах.
Я здесь, милорд, бегу в траве высокой.
Возьми меня с собой за лес и горы,
Туда, где сердце тишины и света.
Я рад отдать тебе дыханье жизни,
О солнца круг, слепящий круг и кролик!*
Давным-давно
Пел зяблик на высоких ветках терна,
Крольчиха вывела на травку малышей —
Они играли, ветер нес весну.
Их время пронеслось, как цвет бузинный.
И зяблик улетел, и на душе темно,
И время наших игр ушло навеки.Давным-давно
Оранжевый жучок полз вверх по колоску.
Дул ветер. Кролик со своей женой
Бежали через луг. И нору вырыли под склоном
Ореховым и зажили счастливо.
Теперь жучок замерз, и на душе темно,
И суждено одной остаться мне навеки.Мороз, мороз. Мороз живет во мне.
Мой слух и нюх замерзли на морозе.
Весною стриж вернется, закричит:
«Крольчихи, ройте норы малышам!» —
Я не услышу. Никогда детеныш
Не оживет в моем замерзшем теле.
Во сне моем железной сетью ловят ветер.
И ветра не услышу я вовеки.23219