Рецензия на книгу

• 

  Phantasmal4 января 2016 г.

  Если автор как человек тебе совсем не нравится, станешь ли ты меньше любить его произведения?

  Ирвинг Стоун известен в первую очередь как превосходный биограф. И что примечательно, из всех его биографических романов только один посвящён писателю. Все остальные – политикам, художникам или деятелям науки (вроде Дарвина и Фрейда). Чем же привлёк Стоуна Джек Лондон? Стоуна, который начал карьеру без раскачки, с ходу посвятив свою первую книгу самому Ван Гогу?

  Быть может, Лондон подкупил тем, что ему, как и Стоуну знакомы многочисленные отказы издательств («Жажду жизни» Стоуна отвергло 17 изданий, прежде чем книга вышла в свет).

  Или причина в трудоголизме? Стоун не верил во вдохновение и работал каждый день с перерывом на обед. Читая на страницах «Моряка в седле», как работал Джек Лондон, сколько часов в сутки он оставлял себе на сон, понимаешь, что у автора были основания считать, что в каких-то вещах он хорошо понимает своего героя.

  А может, судя по тому, что у Стоуна есть отдельная книга про Юджина Дебса, в Лондоне его привлекал ещё и социализм, которым так увлекался Джек? Лондон верил в светлое будущее ещё в те времена, когда социализм был крайне непопулярным явлением.

  Стоун умеет собирать материал и работать с ним – здесь ему не откажешь. Он достаёт из небытия кучу фактов, таких малоизвестных, но таких интересных, и вплетает их в канву своего повествования. Но, как любой творческий человек, все факты у него раскрываются именно так, как необходимо автору.

  Джек Лондон – незаконнорожденный сын, любимый отчимом, с мамашей, которой внутрипопное шило не давало сидеть спокойно и вечно заставляло пускаться в авантюры, тем самым разрушая надежды на стабильное материальное благополучие семьи – стоило наладиться доходной части, как миссис Лондон придумывало что-то новое, в очередной раз приближая семью к банкротству.

  Эта неприспособленность к рутинному быту передалась по наследству и Джеку. За всю свою плодотворную карьеру Лондон так и не смог скопить себе состояния, вечно пребывая в долгах. Все его будущие гонорары за ещё ненаписанные произведения, были давно потрачены.

  Лондон не жалел денег на друзей и на создание дополнительных рабочих мест вокруг своего ранчо, даже если большая часть этих рабочих по сути своей были полными лоботрясами и за всё время палец и о палец не ударили. Но как социалист он не мог сократить количество рабочих мест. Люди должны получать деньги, даже если из всех них, присосавшихся к Джеку Лондону, действительно работал лишь сам писатель.

  Стоун описывает все эти финансовые трудности без всякого осуждения. Более того, временами он даже оправдывает Лондона – роковой ли наследственностью или неспособностью по-настоящему творить в любой другой ситуации кроме чувства нужды.

  Пожалуй, у биографа должно быть своё мнение о герое. Тем более, о таком неоднозначном и интересном.

  Лондон писал о том, что сам знал не понаслышке. Он с юношеских лет выходил в открытое море, в период Золотой лихорадки он сам побывал на Аляске, и даже пресловутая «Лунная долина» с многовековыми секвойями будто списана с тех мест, которые Лондон решил сделать своим домом.

  Из своего жизненного опыта он выжал максимум. Он, приехавший без гроша в кармане, не добывший на Аляске и унции золота, заработал на золотой лихорадке больше, чем любой старожил, застолбивший участок на золотоносном ручье Бонанза.

  Но этого максимума не хватило, чтобы не повторить судьбу главного героя своего самого сильного романа «Мартин Иден», романа и так во многом биографичного. Загадывал ли себе подобную кончину Лондон так заранее или фатализм так и остался лишь вотчиной его мамочки?

  Стоуна же несколько раз правил переводчик в простых вещах вроде года издания произведения. Правил не один раз. И это вызывает некоторые сомнения о том, сколько ещё ошибок может быть сокрыто. Впрочем, это всего лишь роман, пусть и роман-биография. Всё рассказанное в нём принимать на веру и не нужно. На самом деле всё было иначе, но, возможно, в каких-то моментах Стоун и близок к правде.

  3

  171