Рецензия на книгу

• 

  Julie-K11 февраля 2026 г.

  "Жизнь сложнее ткацкого станка. Что сплел – одним рывком не распутаешь"

  Признаюсь, к роману «Цирцея» Мадлен Миллер я подходила настороженно. Право слово, ну что можно противопоставить красоте гомеровского гекзаметра? Да и в разных источниках, которые сформировали мои представления о мифах Древней Греции, заглавный персонаж книги Миллер терялся среди блеска и подвигов других героев. Цирцея запомнилась мне лишь как злобная колдунья, превратившая воинов Одиссея в свиней, — как одно из многих препятствий на пути героя в Итаку.

  Как же здорово, что мои опасения оказались напрасны. Я не могла оторваться от этой книги. Она не просто рассказывает историю Цирцеи, раскрывая знакомую мифологическую канву с неожиданных ракурсов. В моем случае роман объединил воедино мифы, которые до этой книги хранились в моем сознании обособленно и разрозненно, и создал целую вселенную — целостный мир античных преданий с его временными и причинно-следственными связями.

  Если во всех знакомых мне источниках акцент делался на прославлении доблести и описании подвига, а мотивы и поступки персонажей были максимально просты и прямолинейны, то здесь все герои выглядят более живыми, а не застывшими фигурами-архетипами. Автор предпринимает попытку проникнуть в их внутренний мир, раскрыть скрытые мотивы, показать факторы, повлиявшие на формирование характеров. Герои у Мадлен Миллер переживают сложные эмоции, рефлексируют, перерабатывают травматичный опыт, совершают неоднозначные поступки. А еще центральные персонажи развиваются, трансформируются. В этом плане очень показателен ответ Цирцеи Телемаху, который назвал ее мудрой. «Если и так, то потому лишь, что сотню жизней делала глупости», — отвечает она. И в этой книге все эти сотни лет нам показаны — годы ошибок, неуверенности в себе, нелицеприятных поступков, обид, вины, экзистенциальных сомнений, а также обретение личной субъектности, путь от женщины, которую никто не воспринимал всерьез, до уверенной хозяйки своей судьбы, своей жизни.

  Хочется сказать несколько слов о финале. Он красив, даже слишком. Недаром многие вынесли в заголовок цитату, которая, как мне кажется, отражает его суть:

  
  «Я думала когда-то, что боги — противоположность смерти, но теперь вижу: они всего лишь мертвее, ибо не меняются и ничего не могут удержать».

  Какая красивая антитеза: боги вечны, но статичны и безжизненны внутри; люди смертны, но способны к росту и самосовершенствованию. И через финальный выбор Цирцеи автор транслирует нам свое понимание сущности могущества — оно не в демонстрации собственного эго любыми способами, а в мужестве принять на себя все тяготы жизни, ответственность за близких и достойно прожить все, что отпущено тебе судьбой.

  Но, несмотря на эту красоту, что-то внутри меня говорило, что это повествование не могло закончиться таким образом, каким ее завершила автор. Ну не клеится,, с моей точки зрения, ко всей истории, нарисованной богатой палитрой полутонов, такой ярко-розовый «ванильный» хэппи-энд. Хотя это, конечно, дело вкуса.

  Книгу я однозначно рекомендую и тем, кто хорошо знаком с сюжетами древнегреческих мифов, и тем, кто слышал о них весьма поверхностно. Только, думаю, воспринимать роман стоит скорее как искусную современную фальсификацию античного мифа, чем как его пересказ. «Цирцея» — это исследование женского опыта в контексте античных преданий, а не достоверный источник по древнегреческой мифологии.

  
  

  Содержит спойлерыОткрыть

  50

  236