Рецензия на книгу

• 

  MihailStudenikin6 февраля 2026 г.

  Польская фантастика – тема сильная, а дело серьёзное. Фигуры Станислава Лема и Анджея Сапковского, имена которых золотыми буквами вписаны в представители лучших образцов жанра, красноречиво об этом говорят. Ярослав Гжендович по известности им уступает, но, думаю, не по мастерству. Он – обладатель яркого, своего стиля письма. Только из-за которого иногда хочется книгу прочитать. Не подвергаю сомнению его большое мастерство, как и законное высокое место его цикла «Владыка Ледяного сада» среди фантастических произведений, беря смелость это утверждать, даже не ознакомившись с ним до конца. Это никакой не кредит доверия с моей стороны, а именно вера в качество произведений Ярослава. К сожалению, и у мастеров бывают романы, кажущиеся неудачными на общем фоне их уровня. И им тоже ничто человеческое не чуждо.
  Не удаётся отогнать от себя сравнение с ставшим уже притчей во языцех мнением в киноиндустрии, что чем дальше – тем хуже. И что оригинал лучше продолжения (или продолжений), и дальше основную идею новые формы и истории хоронят, понижают качество. Увы, со второй частью «Владыки…» под подзаголовком «В сердце тьмы», частично такое же происходит. Происходит заражение болезнью продолжения, когда автор подрастерял быстрый, рваный стиль из одно-двухсловных предложений в угоду пространной описательности с вкраплениями нетипичных и потому интересных сравнений. Но без стремительного, острого действия такое общее сюжетное успокоение идёт в минус, отчего начинает всё больше со временем казаться тяжеловесным. В первой книге Ярослав себе такого не позволял! И вот оно коронное утверждение – чем дальше, тем хуже, тем невразумительнее и размазаннее. Сюжет выдавливается через силу, а его связки становятся всё менее логичными.
  Ещё с первой книги цикл как бы разделён на две условные части, чередующиеся между собой – на истории разведчика Вуко Драккайнена и принца, оставшегося без своей страны, будто идущего Драккайнену навстречу с другого, южного, а не северного, скандинавского, конца мира. Но интересным остаётся по большей части именно первый, центральный персонаж, облику и делам которого другие поляки-фантасты и фантастические журналы едва оду не поют – мол, настолько запоминающийся и самобытный он. Я же думаю, не будь он под пером Гжендовича – вышел бы бледнее и чванливее. Ярослав и сам дал ему выбиться из рук. Пусть будет так – силою обстоятельств, «возродившийся» (что заняло несколько десятков страниц – как бы показ, насколько сей процесс труден и… нуден), собирающий или делающий сам амуницию и не только её, а также собирающий собственное "я" после дубового узилища хорвато-финн уже не так серьёзен, как на книгу ранее. Та серьёзность придавала ему статусности. К «В сердце тьмы» его юмор и дуракаваляние могут объясняться нежеланием выполнять задание, которое приходится выполнять. Приходится переламывать нежелание и идти дальше, быть профессионалом, но отнюдь не таким монолитным, практически неуязвимым и скорым на расправу без лишнего сотрясения воздуха голосовыми связками.
  Такие перемены невозможно принять спокойно Драккайнену. Даже понимая это, утрата крутости, спускание на ступень ниже чётко выученного воина, не идёт на пользу общей составляющей романа. За две книги один, основополагающий, персонаж сильно изменился, а его мат и не особо удачные невесёлые присказки, если гладко выразиться, ломают цельность представления о нём. Никто не идеален, но такой эффект можно было показать и по-другому. Тем более, сатира и юмор каждым может восприниматься по-разному, тут по двум путям пройтись без ухабов не получится.
  Далее Гжендович продолжает выворачивать устоявшиеся вещи, например превращая встроенный в голову Драккайнена компьютер Цифрал в Цифраль – маленькую противную феечку, видимую лишь Вуко, и ради чего? Привнести новизну? Нет – показать разительные перемены. Которые особо консервативные мозги примут в штыки или, при лучшем сценарии, с непониманием. Препирательства между вертящей задницей феей и разведчиком – инородное тело, а не скрашивающее суровость бадди-общение с остротами. Тут товариществом не пахнет – только холодными обязательствами. И препирательства потому угловатые, обрывчатые, недосказанные, аляповатые.
  Чем дальше перелистывались страницы, тем всё меньше мир, куда закинули Драккайнена, напоминает стилизацию под средневековую Скандинавию, что Ярослав с любовью и выразительностью обыгрывал ранее, умело вставляя обычаи и дух викингов в одновременно с тем непохожий мир иной планеты. Остаются совсем какие-то крохи узнавания, и то косвенные – имена спутников Вуко.
  Гжендович – не устаю повторять – большого, признанного, таланта, писатель по работе со словом, но во второй книге цикла он перестал меня захватывать динамикой, отчего даже батальные эпизоды кажутся пресноватыми, на почти одной волне с общим настроем.
  Остаются интересные послевкусия от сравнений. В частности, фэнтезийных сооружений с офисными зданиями – автор не даёт забыть, что всё идёт своим чередом в псевдосредневековье, что это другая планета, другой мир: не обольщайтесь, не расслабляйтесь, не ждите каких-то прогнозируемых закономерностей. Это как неумелая, специально неумелая, калька с эпохи викингов, из которой эпоха стремительно вымывается тем сильнее, чем дольше в ней копошится ворчащий Драккайнен.
  Всё бледнее – читатель должен быть знаком уже с окружением и не лениться его держать в голове, что заведомо проигрышный в большинстве случаев вариант. А задача баланса между узнаванием всего и перегрузкой напоминаниями о том, где находятся герои – как тонкая нить. Перегрузишь – и оборвётся, не ухватишь и потеряешься в «новизне», которая не новизна, а громоздкий поток информации.
  Лучше недосолить, чем пересолить. Гжендович чаще недосаливает, с учётом того, что описаний в книге достаточно. Она просто как ореховая паста, которая прилипает к нёбу, если её не запить водой. Вяжет, липнет. Может, я привык к его густому языку, и чувство удовольствия податрфировалось.
  Оценка 6,0

  2

  13