Рецензия на книгу

• 

  RainLady

  2 февраля 2026 г.

  Записки юного врача

  Это же надо уметь писать о страшном так, что сквозь грусть и печаль неизменно проступает улыбка.

  Ирония - над временем, над собой. Но ирония не злая, а мягкая, которая не оскорбляет, а как-то даже помогает увидеть и принять человека таким, как он есть. Со всеми его страхами, заблуждениями, невежеством, глупостью...

  Выделить главное - готовность помочь, стремление облегчить физические и душевные страдания, и следовать этому главному...

  Собственно, мне очень понравились эти зарисовки деревенской врачебной практики.

  Морфий

  
  Тоскливое состояние»!..
  Нет, я, заболевший этой ужасной болезнью, предупреждаю врачей, чтобы они были жалостливее к своим пациентам. Не «тоскливое состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!
  Смерть от жажды райская, блаженная смерть по сравнению с жаждой морфия. Так заживо погребенный, вероятно, ловит последние ничтожные пузырьки воздуха в гробу и раздирает кожу на груди ногтями. Так еретик на костре стонет и шевелится, когда первые языки пламени лижут его ноги...
  Смерть — сухая, медленная смерть...
  Вот что кроется под этими профессорскими словами «тоскливое состояние».

  Бедный, бедный... Ведь это невероятно тяжело - вспоминать - минуту за минутой - эйфория, желание уколоться, ломка, душевные терзания - как можно было написать, как не страшно было снова погружаться в этот кошмар, который пережил?! И пока читала, ни о чем другом думать не могла. Не понимаю. Как?

  А еще, жутко так было, оттого, что была черта, не преступив которую еще можно было вернуться, вернуть себя себе и близким (в данном случае, Анне), но... То, что было за чертой - падение, неумолимое и безвозвратное, до самой смерти.

  Но ведь Михаил Булгаков смог! Смог же!

  8 понравилось

  47