Рецензия на книгу

• 

  Goodnight10 декабря 2015 г.

  Про "Москва-Петушки" писать сложнее всего. Потому что я иду не только снова сильно вразрез общечитательского тренда, но и сильно предвзята. Сегодня я дочитывала это произведение ("поэму", как меня поправляют более продвинутые читатели), перескакивая через строчку последние страницы от "Усада" до "Петушков". Меня уже тошнило, начиная с первых глав. Последние не могла заставить себя дочитать, хотя, они-то как раз и более читаемы, чем до "Крутое" включительно.

  Короче, я бы очень хотела, чтобы тем языком, что писал В. Ерофеев, он написал что-то иное. Правда. Мне очень понравился стиль, языковые приемы, легкость и метафоричность , что еще.. все, кроме самого сюжета. Очень. приятный. способ. изложения.
  Настолько, насколько отвратительно произведение. Пусть мне бросят в глаза, что я серость и не понимаю ничего в литературе. Пусть я еще тысячу раз прочту о том, что это - не об алкоголике, а об ангеле со сломанным крылом. Я не знаю, что еще дорисует воображение других читателей. Я только знаю, что этот маршрут "Москва - "Почти Петушки" - (2-3 станции роли не играют) - я проездила лет пятнадцать своей жизни. Я садилась в эту вонючую электричку,прокуренную и обоссаную, где добрая часть вагона - будучи с утра или после рабочего дня уже в изрядном подпитии, доставала из-за пазухи бутыль водки и, закусывая вонючим чебуреком, коротала время до места назначения. Я садилась в эту электричку "Электропоезд "Москва-Петушки" отправляется из четвертого тупика.." - как я ненавидела этот голос - я заходила в полупустой вагон, где сидело от силы человек пятнадцать и не имела права занять ни одно из десятков свободных мест, на которых были разбросаны игральные карты. Карты на скамейках означали - занято до "Серпа", до "Новогиреево". И тем, кто сторожил эти места в полупустом вагоне было откровенно насрать - пенсионер ты, студентка - тебя одинаково обматерят в лучшем случае, а в худшем - вышвырнут из вагона, если ты только вякнешь о том, что "места для всех" и попробуешь сесть. Нет. Места для сотрудников ЧОПа, которые сядут 2-4 станции позже, уже пьяные или с ночного рабочего похмелья ("сутки-трое"), но с бутылем и вонючим чебуреком, матерящиеся, похабно оглядывающие тебя, стоящую перед ними.
  Нет, для непьющего человека, проездившего годы по Горьковскому направлению, оценивать положительно это произведение, все равно, что жертве насильника ставить положительные отзывы о романе, в котором нечто подобное - основа сюжета. Это, возможно, хорошая книга, но ненависть, личная неприязнь и пережитые страхи и унижение, мешают мне адекватно оценить ее. (я пишу и меня сейчас трясет от внутреннего локального гнева)

  з.ы. Вспомнила. Если кто-то считает, что это только в исполнении Ерофеева рисуются мрачные картины Московско-Владимирской областей, то вот - смутные отрывки, народного творчества ездивших тем маршрутом. Уже стихотворное. "Эй, <кто-то> *уева, далеко ли до Зуево?", "Видишь грязные мешки - это - город Петушки", "Если видишь - бабки ссат - это станция "Усад""

  17

  176