Рецензия на книгу

• 

  raccoon_without_cakes28 января 2026 г.

  Поиск стабильной точки

  Мир Кио Маклир пошатнулся: болезнь отца, это острое ожидание худшего и необходимость это худшее принять. Ее мир больше не стабилен, сложно зацепиться за край, если он уже не из бетона, а из мягкого пластилина. И в поисках стабильности она увлекается наблюдением за птицами... Точнее, увлекается наблюдением за тем, кто увлекается за птицами.

  Это небольшая книга — откровенный автофикшн длиною в год жизни. Год, который начался с потери слов и смыслов, но месяц за месяцем возвращал слово за словом, птицу за птицей. Кио познакомилась с Музыкантом-любителем птиц. И, чтобы справиться со скорбью, она увлекается его увлечением — и вот они уже сидят на берегу озера и рассматривают лебедей, или караулят зимородка, или отправляются на машине в заповедник за редкими птицами...

  Бёрдвотчинг — это про созерцание и невмешательство. Это про восторг от красоты и радость находки, но еще это и место, где нужно забыть, что ты человек. Честно говоря, в наблюдении за птицами гораздо полезнее чувствовать себя веткой. А еще это процесс, где время не важно, как не важны заботы всего мира. Это медитация.

  И это инструмент рефлексии. Потому что хоть книга Маклир и полна птиц, это не дневник наблюдения за птицами, но дневник наблюдения за Кио Маклир. Ее маленькие шаги из заморозки от горя к тому, что можно считать светом. И если в начале она слепо и восторженно следует за музыкантом, доверяя его увлечению, спрятавшись в безопасную гавань нового хобби, то к финалу Маклир отдаляется и от музыканта, и от птиц. Потому что она находит силы и голос, и это звучит как исцеление.

  Если бы можно было выделить и запихнуть в цитаты сразу всю книгу, я бы так и сделала. Потому что она отзывается этой обнаженностью и искренностью, этим желанием раскопать до дна проблему и вычерпать боль руками. И при этом в ней много света, созерцания и спокойствия. И я по опыту могу сказать, что сложно тревожиться, когда наблюдаешь за птицами.

  Говорю как человек, которому как раз подарили бинокль для бёрдвотчинга. И я помню, как заинтересовалась птицами, и это был самый тяжелый для меня момент жизни. Бессонными ночами я слушала, как за моим окном поет соловей, а потом просила маму рассказать, каких птиц она увидела на улице. А когда стала чуть крепче, то дедушка возил нас в лес, и мы пытались узнать незнакомых птиц по окраске и пению. А бабушка год за годом сажает во дворе подсолнухи, на которые обязательно слетаются щеглы.

  И да, я не знаю все виды птиц в округе и не провожу все выходные в засаде в кустах с биноклем. Но птицы для меня стали тем же, чем и для Маклир — возможностью замедлиться и задуматься. Пусть и именно я чаще всего тот музыкант, который уведет за собой в болото ради фламинго.

  25

  65