Рецензия на книгу

• 

  laonov27 января 2026 г.

  Ностальгия (рецензия vivace)

  Есть древняя японская легенда о поэте, влюблённом в прекрасную женщину, с удивительными глазами, чуточку разного цвета.
  Поэт просто боготворил её и по ночам приходил на свидание с её милыми снами, карауля под окном.
  Принцесса ничего не знала об этом, о том, что она для кого-то в этом мире — богиня, и томилась по вечной любви.
  Однажды, на заре, поэт, задремавший в саду, возле дома возлюбленной, увидел, как служанка принцессы Сань Ви, несёт розовый кувшинчик.
  Это был туалетный кувшинчик: принцесса сходила в туалет, по маленькому.

  К служанке подбежал поэт и стал умолять, чтобы она отдала ему этот божественный кувшинчик.
  Служанка Ви Кунь Ли, несколько растерялась, и, чего уж греха таить — испугалась: наверно, нормально, когда воры пытаются ограбить тебя, или даже похитить в ночи твой поцелуй…
  Но когда на тебя, красавицу, не обращают внимание, и пытаются похитить.. кувшинчик с мочой, это странно. Обидно даже.
  Поэт не унимался и умолял отдать ему заветный кувшинчик, вцепившись в него, как в сокровище.

  Он думал так: если принцесса Сань Ви — божественна, то и моча её утренняя, должна быть сладостна, как амброзия.
  Служанка отдала ему кувшинчик (хотя, с большей радостью отдала бы ему своё сердце, ибо тайно была влюблена в него), и с изумлением смотрела, как поэт Ла Он Линь, с благоговением прильнул к кувшинчику, устами, и… в тот же миг — вскрикнул.
  Из сострадания к нему, улыбчиво вскрикнула и служанка.
  Быть может со стороны дома принцессы, было странно и подозрительно слышать стоны и крики из-за кустов сирени, словно там занимались любовью.

  Поэт выпустил кувшин из рук и он разбился. Поэт искренне думал, что если женщина — божественна, то и всё что проистекает от неё, даже в буквальном смысле — божественно и сладостно.
  Он разочаровался в своей принцессе.
  Поэт не понимал, что был влюблён в свою мечту и любил по сути, самого себя: если любишь по настоящему, то любишь всего человека, и его грехи и его Свет.
  Если бы он любил по настоящему, пусть содержимое кувшинчика и не было бы для него со вкусом амброзии, он бы не испытал отвращения и разочарования, а просто, в тоске по возлюбленной, убрав от губ, кувшинчик, тихо бы заплакал, шепча милое имя возлюбленной Сань Ви.

  Вспомнил я эту древнюю и поучительную японскую легенду, читая чудесный эмигрантский рассказ Ирины Одоевцевой.
  Мне всё чаще кажется, что невзаимная любовь, или любовь, в разлуке, похожа на эмиграцию сердца: словно ласточка, сердце изгнано из своей милой родины — сердца любимой, но постоянно возвращается к ней — стихами ли, письмами, снами.
  Не правда ли, мой смуглый ангел? Я — эмигрант твоей любви.

  Если бы я был рыцарем, в средние века, нежно сошедшем с ума из-за любви к тебе, то на своём гербе, я бы изобразил твой неземной носик, и с честью сражался бы за него, с драконами и рыцарями.
  Я бы побеждал драконов… потому что они бы смеялись надо мной, валяясь в траве и у них не было бы сил сражаться.
  Я бы со временем основал орден святого Носика. Твой носик прославился бы на весь свет, как мистический и таинственный орден тех, кто безнадёжно влюблён в ангела и служит ему.

  Прелестный рассказ из эмигрантской жизни, о любви ложной и настоящей.
  В Париже жили влюблённые — Поль и Мария. Поль был поэт, который томился по Прекрасной даме, как у Блока.
  Он иногда бывал на острове Авиньон, известного по вечной любви Лауры и Петрарки.

  Кстати.. обычно принято восхищаться этой любовью. И это хорошо. Но просто представьте на миг, что Лаура бы ответила взаимностью, Петрарке? Он ведь был влюблён в представление о ней, а не в неё.
  А это страшно в жизни, когда любят, как бы мимо тебя, любят — не тебя. Это не менее страшно, чем измена, но быть может ещё страшнее — потому что этот ад измены свершается каждый миг на твоих глазах.

  Вы представьте, что ваш любимый человек.. каждый миг, у вас на глазах, целует прекрасного человека, и даже.. даже.. занимается с ним сексом, ласково улыбаясь вам, со стороны, но.. как только вы со слезами на глазах подходите к любимой, она выставляет руку и не подпускает вас, и стонет, стонет под поцелуями прекрасного незнакомца, так дьявольски похожего на вас.
  От этого можно сойти с ума.

  Я понимаю, что есть редкие случаи, когда вот такая любовь с первого взгляда — божественна и мистична. И у Петрарки скорее всего так и было.
  Но просто представьте.. что Лаура не оправдала бы его надежд, имела бы иные цели, привычки, идеалы.

  И.. только представьте на миг, что Лаура… терпеть не могла бы — стихов!
  Смог бы Петрарка продолжать любить её так же божественно?
  Тут душа стоит на развилке, как витязи из русской сказки. И мы часто стоим так в любви: что для нас важнее — жизнь или любовь? Готовы ли мы.. как китайский император, покинуть своё царство, к изумлению всех, и выращивать капусту в деревне?
  Готовы ли мы отказаться от своего тщеславия, сомнений, обид, страхов.. морали, своего эго  — ради любви?
  Готов ли был Петрарка бросить стихи, и всецело посвятить себя любви и Лауре?

  Беда Поля, из рассказа, с символической фамилией — Ремнёв, была как раз в этом: его любовь и жизнь — преступно двоились. И быть может в этом есть крылатый демонизм: его сердце разрывали сомнения и неудовлетворённость.
  Он мечтал о прекрасной Даме, как в стихах Блока, а рядом с ним.. была всего лишь «Машенька», которая не понимала стихов, которая, гуляя с ним по Версалю, не слушала его рассказы про Марию Антуанетту, и про её придворную даму — принцессу Амбраль, которую жестоко убила чернь, во время революции и.. растерзала на тысячи частей, её изуродованное и прекрасное тело.
  Так вот, Марии не были интересны эти скучные рассказы из истории Франции, она в этот миг, по женски очаровалась голубым и чудесным пальто на девушке, прошедшей рядом, и спросила, сколько оно стоит.

  Ах, вечная проблема быта и бытия..
  Как тут нашему поэту Полю, было не загрустить, особенно когда Мария готовила ему кролика?
  Особенно.. когда она завила волосы — «под барашка».
  Разве это Прекрасная блоковская дама? Вы можете себе представить Лауру, прости господи — в бигудях, или готовящей кролика.

  А когда наш поэт сказал ей, что написал новый стих, и милая Мария уселась послушать его, приготовясь к романтическим единорогам любви, стихах «о нас»… но когда она дослушала стих, в котором речь шла о том, что поэт во сне обнимал возлюбленную, но и во сне она изменяла ему, тут Машенька не выдержала: какая мерзость! Честные девушки, не изменяют даже во сне!
  Как тут было поэту не загрустить? Словно умер его идеал. Страшно это, когда умирает идеал или надежда: с ними умирает и часть души нашей. Иногда  — большая часть души. До того бОльшая, что когда приходит настоящая смерть, человек с грустной улыбкой изумляется: а смерть надежды.. была больнее.

  Интересный момент: измена во сне.
  А если жизнь — есть сон? Что есть измена? Цветаева однажды записала в дневнике: есть лишь одна измена — себе. Любви.
  Для бога — нет измены. Есть приверженность вечной любви. А изменить ей можно — не столько с другим, сколько — с обидами, страхами, сомнения, моралью даже.

  Быть может ангелы на небесах, живя в нескольких измерениях, искренне ужасаются морали людей — как аду, потому как на земле не считается грехом и безбожным адом, когда человек развратно изменяет божественному чувству — с плотоядными уродами обид и сомнений, морали, гордыни, эго, и наоборот, люди стыдятся как чудовища и кошмара, божественной любви с человеком, которого любят всем сердцем, приучая себя его не любить, разрывая своё сердце на части… как ту самую принцессу Амбраль.
  Кто кому изменил? Поль — своей Марии, со своей мечтой о ней? Это же разврат… потому что сердце другого человека в таком разврате — зябнет.

  Или Мария ему изменила.. бытию — с бытом? Или это была обоюдная измена?
  Скажите честно, вы бы как отнеслись… нет, не к стихам, которые вам посвятил бы поэт, пусть и странным стихам, но.. например, если бы ваше имя вывели в посвящении романа, скандального, о совращении и измене, о не очень умной женщине?

  Многие бы, по мещански — обиделись, не так ли? Это я сейчас намекаю на Набокова, который посвящал такие романы — своей любимой жене Вере. Просто она - Любила и у неё была крылатая душа, понимавшая красоту, и разделяющая красоту мыслей о ней и прекрасные кошмары сюжета, в которых всё же нашлось место, чтобы просияла красота и о ней.

  Поль и Мария поссорились.
  У Марии заболело сердце.. и она сказала… простонала. Что её сердце — птица. Голубь, и если она умрёт однажды, её сердце прилетит к нему, Полю.
  Кстати, заметьте тонкий символизм, который погибнет в переводе: сердце-голубь.. и то, как Мария зачаровалась в парке Версаля, голубым пальто у девушки.
  И голубая шляпка, которую купил ей Поль.
  Тема «зверей», изумительная в рассказе, пусть и незаметна на первый взгляд: причёска  — барашком, кролик в духовке, голубь, друг Поля — Волков, белая собака, словно бы потерявшись в рассказе Чехова и прибежавшая в рассказ Одоевцевой.

  В гостях у друга, Волкова, произошёл любопытный разговор.
  Поль сидел за столиком, и от скуки передвинул маску Пушкина, слушая Волкова.
  А Волков говорил ему о том, какая хорошенькая — Маша, и что он зря её бросил.
  Поль ответил: так она… глупая.
  На что Волков парировал: как раз глупеньких и стоит любить, а умные — слишком несносны.
  Разумеется, на этих словах, чуткий читатель вспомнит известное выражение Пушкина, из письма Жуковскому (или Вяземскому?) — Поэзия, прости господи, должна быть чуточку глупа.

  Тут очаровательна эта оговорочка «прости господи».
  В этом смысле, чистая поэзия, похожа на определение любви в Евангелии: любовь всему верит, милосердствует, долго терпит..
  А «умные»? Они вечно оглядываются, как Орфеи, на разум, обиды, эго, сомнения.
  Может Поль, со своим раздутым эго, и разумом, и был тем самым «умным»? И для подлинной любви.. ему нужно было чуточку поглупеть? Опроститься, так сказать?

  В один прекрасный день..  когда влюблённые расстались, к окошку Поля прилетел голубь.
  Поэт открыл окно и решил покормить птицу. Но странный голубь — не стал есть хлеб, и Поль обозвал его глупой птицей.
  Как и Машу… назвав её — глупой.
  Так кто из нас глуп? Голубь, который не ест «хлеб насущный», или мы, люди-человеки, которые питаемся обидами и сомнениями, и не тянемся к тому - без чего умирает душа наша — к любви? К настоящей любви, шарахаясь от неё в сторону, продолжая «клевать» — обиды или сомнения, эго?

  Разумеется, Поль заподозрил что-то неладное. Его сердце забилось в тревоге: а может этот голубь — сердце Машеньки?
  И тут меня хорошо так принакрыло, как снегом, берёзку, в стихе Есенина.
  Каждую ночь, перед сном, я вместо молитвы шепчу милое имя моего смуглого ангела, с которым я давно расстался: свою жизнь я не представляю без неё, словно душа покинула тело, словно я живу как призрак — без души: ни жив, ни мёртв. Как сказал бы Сартр — запись в дневнике: Вторник. Ничего нового. Существовал..

  Перед сном, я как бы пою себе.. своей озябшей и бессмертной душе, грустную колыбельную, мечтая о том, что однажды умру и отпрошусь у Христа на небесах, покинуть эти пустые для меня, небеса, потому что там нет смуглого ангела, и попрошу у него разрешения, стать простым пегим котёнком-непоседой, и приласкаться к милым ножкам моего ангела в московском парке.

  Хотите маленький трюк, почти волшебство, которое быть может снилось письмам Кафки?
  Вот я написал про то, что сердце Марии стало птицей, написал про то.. что я рад был бы стать пегим котёнком, чтобы приласкаться к милым ножкам смуглого ангела.
  Вроде бы пахнет розовыми единорогами и сладковатой романтикой, не так ли?
  А между тем… опросите мужчин. Готовы ли они ради любимой женщины… не то что отказаться от своего эго, гордыни, надежд, статуса… да что там статуса — пола и — Вида, лишь бы быть вместе с любимой женщиной?

  Знаете, каков будет результат вашего опроса? 98% безумно влюблённых мужчин и романтиков — посмеются над этим и откажутся… быть котёнком, у ног любимой, променяв всю свою жизнь и бессмертие, лишь бы проснуться вместо рая, как герой Кафки, но не жучком, а простым пегим котёнком в тёплых ножках, в постели смуглого ангела на 23 этаже, зная при этом — что любимая, так никогда и не узнает о вашей жертве, о вашей безумной любви, какая не снилась и многим поэмам и романам, и что вы умрёте хвостатым и усатым непоседой, и вас похоронят где-то в вечернем лесу под облетающим клёном, в лиловой коробочке из-под женских ботиночек чудесного 39 размера, как у Моники Беллуччи, и вы никогда не попадёте в рай, вместе с прекрасными и нормальными людьми.
  Ну что, стать котёнком, у ног любимой, вам уже не кажется такой уж розовой романтикой?

  Зачем мне все сокровища неба и бессмертия, о которых все так мечтают, если для меня будет выше рая… просто стать комариком в комнате любимой?
  Она бы занималась любовью со своим любимым… а я бы не ревновал, я бы робко сел на её милое плечико, и… пил бы её, милую, как нектар, как амброзию боги пили на Олимпе, и в момент её блаженного стона, алая капелька её милой крови, оторвалась бы от её плеча, и воспарила в воздухе, как Будда в нирване..  словно настала невесомость в спальне смуглого ангела на 23 этаже, невесомость и счастье — как весна настали бы, словно спальня пролетает где-то в космосе, и капелька крови невесомо летала бы по спальне. Счастливая и пьяная капелька крови… целующаяся с потолком, тоже, как бы счастливым и пьяным.

  А потом меня ещё раз накрыло.
  Все мы восхищаемся романтизмом Тургенева, который всю жизнь любил свою милую Ви — Полину Виардо, через всю жизнь пронеся любовь к ней.
  Если честно — я не понимаю такой романтики, от слова — совсем. Это мило, но не более.
  Почему? Наверное потому… что Тургенев, Неся этот светоч любви, попутно, очень даже отвлекался на другие любови. На много любовей.

  Так конечно, можно любить замужнюю и быть «верным» ей, хоть 300 лет. Как в той истории: и ты строгий пост держал 4 года? И ничего не ел? Совсем ничего?
  

  • Совсем. Только воду и корешки.
  • А почему у тебя рыбой пахнет? Это у тебя суп варится? И жареная форель на плите? С трюфелями??
  • Ну, рыба не считается. Рыба не мясо.. А трюфели... так, корешки.

    О мой смуглый ангел… ты даже не представляешь, как я беззаветно предан тебе, неземной, верен так, как не снилось и Тургеневу.

  
  Помнишь фильм Тарковского — Ностальгия, когда герой Олега Янковского, нёс свечу, укрывая её от ветра, рукой?

  Так и я несу свою любовь.. нет, нашу любовь, и пронесу её до конца жизни: ты останешься моей первой и.. последней любовью. Потому что таких удивительных и прекрасных женщин, как ты — нет и не будет больше.
  Так вот, меня накрыла одна мысль, «тургеневская». Почти.
  Только представьте, что ваш любимый человек, по которому вы томитесь в разлуке любви — умер.

  
  Кадр из фильма Тарковского - Ностальгия.

  Он стал.. голубем, как в рассказе. Или котёнком, прости господи — пегим.
  Вы бы смогли жить с ним? По настоящем жить — лишь с ним, не деля любовь к нему — с людьми? Не влюбляясь в других?
  У людей же модно повторять мысль, что в любви, главное — душа, а не «бренная и грешная плоть»?
  Скажите честно.. вы бы смогли жить — с голубем? Забыть про секс и мечты о нормальной романтике. Не стыдились бы вы перед друзьями и родными, такой любви?

  - Саша, говорят, ты снова женился? Всё же забыл своего смуглого ангела? И на ком ты женился?
  

  • На котёнке… с удивительными глазами, чуточку разного цвета.
  • Ты шутишь?
  • Нет. Мы зарегистрировали наш брак в Лас Вегасе. Голубь — был подружкой невесты. Голубя звали — Марией.

    О мой смуглый ангел.. ты ведь и правда, не знаешь, как нечеловечески сильно я люблю тебя, неземную.

  
  Если бы ты была голубем… воробушком, да хоть даже.. милым дурукулем, который водится в мадагаскарских лесах, да хоть даже.. ты бы пришла ко мне в образе огромного одноногого негра с одной ногой и с попугаем на плече и с кутузовской чёрной повязкой на глазу, и сказала: Саша… я люблю тебя. Это я.. смуглый ангел. Теперь мы можем быть вместе, любимый (и раскрываешь мне свои объятья).
  Непоседа… что с тобой? Ты весь  бледный. Ты сейчас в обморок упадёшь!!
  — Это я от счастья.. любимая.

  Боже, как не много нужно для любви!
  Я не про огромного негра, с попугаем на плече. Хотя и про него тоже (пойми правильно, смуглый ангел, и не ревнуй!!).
  Я уже про рассказ Одоевцевой. Поль, внутренне пережил гибель своей любимой, и вся мерзость и ложь в нём — сгинули, как осенняя листва в конце ноября. И наступила разом — весна, в его душе и судьбе, и он понял, что Та самая прекрасная Дама, это — Машенька, и с души Машеньки свеялась листва лжи (она была готова выучить наизусть все стихи своего поэта).

  Вот было бы здорово, подумалось мне, если бы влюблённым, богом был бы дарован шанс… один раз умереть, чтобы любимый человек понял, как его сильно любят и что жизни себе, не представляет без второй половинки.
  Моя беда в том.. что я уже один раз умирал из-за смуглого ангела. К сожалению, меня спасли, и я так и не успел стать.. голубем, пегим котёнком, комариком, этим застенчивым Дракулой спален. Да хоть простым белым носочком смуглого ангела!

  Может быть тогда бы она меня вновь полюбила. Каждое утро, я бы целовал её сладкую ножку. Словно мы снова вместе и ничего не изменилось…
  Моё сердце — белый носочек, с изяществом крыла ангела, вращался бы в стиральной машинке, словно в иллюминаторе космического корабля, вместе с милыми вещами моей московской красавицы.
  Это был бы мой рай..
  Моё сердце и так вращается в круговерти дней и ночей, без тебя, как твой носочек в иллюминаторе стиральной машинки.

  51

  509