Рецензия на книгу
Король Дроздобород
Братья Гримм
reader_2gi5jq26 января 2026 г.Сказка о предательстве, жестокости и мести
Юная девушка сталкивается с настойчивым желанием отца-короля выдать ее поскорее замуж, чему всячески противится. Не желая повиноваться воле отца и, руководствуясь вполне справедливо высокой самооценкой — принцесса невероятной красоты, отказывает всем кандидатам и показывает свой бунтарский дух в стиле максималисткой молодежи — придумывает женихам прозвища и ехидствует.
Вместо того, чтобы успокоиться, отец продолжает давить на дочь и форсирует события, созывает женихов. Хотя мотивация его неясна — дочь единственная, вроде как должна быть ему дорога. Да и брак династический, ради выгоды или политический не рассматривается, так как отец созывает всех желающих попытать свои силы — от принцев до простых дворян. Разумеется, желающих немало. В общем-то, очевидной нужды, кроме прихоти самого отца нет. Иллюзия выбора: я решил, что ты выйдешь замуж, поэтому выбирай прямо здесь и сейчас, вот тебе кандидаты, расставленные по статусу и доходу. В общем и целом, устраивает ей оффлайн-тиндер.
Девушка не относится к мероприятию серьезно и продолжает гнуть свою риторику — в грубой форме саботирует происходящее, вполне последовательно продолжая критиковать кандидатов за дело и без. Очевидно, она неправа в своей грубости и в этом ее единственная вина в данной истории. Она посмеялась даже над молодым принцем, тем, кто казался по всем трем критериям — внешность, статус и доход идеальным кандидатом. Конкуренты принца охотно поддержали насмешку, не против на этом фоне самоутвердиться.
Как только до короля наконец-то доходит, что дочь замуж не планирует, то впадает в ярость и обещает отдать за первого попавшегося нищего. Так и поступает. Сколько бы дочь не умоляла — король не сжалился. Хотя, казалось бы, зачем вообще было спрашивать мнение дочери, если оно изначально нисколько его не волновало — большой вопрос. Так из проблемы отцов и детей рождается трагедия. Хотя, отец по-своему давно предал свою единственную дочь, ее горести на этом не заканчиваются. Он выгоняет ее вместе с новоиспеченным мужем без средств на существование, лишая ее статуса по рождению. Теперь она всего лишь жена нищего музыканта. Почему ей не дали забрать ее вещи, драгоценности и прочее имущество, которое у нее было, конечно, рассказ умалчивает.
Новый статус бывшая принцесса воспринимает как абсолютное лишение свободы. Она потеряла свою жизнь и от этого момента. и до самого конца истории оплакивала свою судьбу. Пока они бредут пешком долгой дорогой, девушка до того отчаялась, что готова была уже и на принца, которого отвергла последним, видя призрачное напоминание в виде того, что окружающие поля, леса принадлежат ему. Новоиспеченный муж злорадно ехидствует, мол, могла бы выбрать своего принца, а теперь моя. Муж терпел недолго и затем высказал свое недовольство. Ткнул ей, мол, а она, что его считает недостойным? Девушка тактично промолчала, что в первый раз дает нам понять, что ее высокомерие существовало лишь в рамках бунтарства, лишь по отношению к равным ее статусу.
Муж не планировал ее ни кормить, ни обеспечивать, и дал быстро понять, она — рабочая сила. И бывшая принцесса кротко повиновалась воле мужа, сколько бы слез не было пролито. Она не умела ничего, тем не менее не возмущалась, не жаловалась, а просто делала, что положено.
Муж был ею недоволен, называл бесполезной после каждого неудавшегося дела. Ведь та ни на что не годится. Пока он не отправил жену продавать горшки и, о, чудо, у нее дела пошли в гору. Хотя само дело для нее было большим публичным унижением, с которым она пересиливала себя, она стала торговать на виду у всего люда. Бывшая принцесса пришлась по вкусу простому народу, который охотно покупал у нее, отдавал любые деньги, какие она попросит. И снова мы видим, что на деле-то не было в ней изначально ни высокомерия, ни пренебрежения другими, ни труду. Но ее муж переоделся в гусара, и уничтожил все ее труды, разбил горшки, которые она продавала. А когда вернулась, снова отчитал ее и убедил, что та ни на что не годится.
Ее унижение, как личности, на этом не закончилось, он отправил ее на более грязную работу, где она уже была вынуждена питаться объедками со стола. Все это время ее муж был принцем. И настал последний этап унижения. Кульминация. Он вывел свою жену публично в одежде прислуги. Она безуспешно пыталась в последний раз вырваться. Но не вышло. В конце концов объедки с ее фартука слетели и ее публично обсмеяла вся знать.
Принц, по совместительству муж, окончил свою жестокую месть за ее ехидную шутку на смотринах над его бородкой и признался, что сделал все эти ужасные унижения из любви к принцессе, чтобы она стала прекрасна внутри также, как и снаружи. Катарсис. Принцесса чувствует ужасную вину за себя перед мужем и недостойной быть его женой.
Итог. Девушку предает отец. Лишает ее статуса, ее вещей, идентичности и отдает первому встречному. Муж, из чувства мести за словесную шутку, всячески убеждает ее, что та ни на что не способна, даже когда это не так, уничтожает ее личность через батрачество и публичные унижения. Прекрасная принцесса сломана, как обузданная лошадь — без самооценки, без чувства собственного достоинства, без свободы выбора.
Награда — вторая свадьба с тем же мужем, которого она выбрала бы разве только от отчаяния. Принц — отомстил самым жестоким образом, получил желаемое. Отец — добился цели, у которой было только его "хочу". Ограниченный читатель — получил мнимую животную справедливость, где нежелание действовать по чужой указке и злые шутки по отношению к назойливым женихам равны бесчеловечному наказанию в виде лишения свободы и самоидентичности. И где ни платья, ни жемчуга уже не вернут обреченную на жизнь с садистом, красивой, но увы — уже оболочки от человека, которую недавно можно было назвать личностью. Все празднуют. Аплодисменты. Занавес.
Прекрасная трагедия под соусом доброй сказки. Классическая история перевоспитания неугодных. Автор в начале называет принцессу высокомерной, и она автоматически становится отрицательным персонажем для большинства читателей, тогда, как она в ней не более, чем случайная жертва чужого эгоизма тех, кто не привык получать отказы.117