Рецензия на книгу

• 

  winpoo24 января 2026 г.

  Жизнь и судьба по-бангладешски

  «Я вышла замуж... неудачно.
  Не за того... Не по любви.
  Но он хороший - однозначно!
  Вот лишь тошнит от этой лжи…» (Калиновская)

  Прочитав «Брак по любви», я захотела узнать и про брак без любви от той же М. Али. Поначалу казалось, что «Брик-лейн» будет именно про это, но контексты оказались намного шире, и в целом книга оставила по себе весьма пестрое, но совсем не оптимистичное впечатление. За исключением некоторых эпизодов (фрагменты писем Хасины; истории, которые вспоминает и рассказывает дочерям Назнин; описание некоторых ее внутренних переживаний, так не похожих на известные мне из-за своеобразного этнического колорита т.п.) книга показалась скучной, монотонной и банальной по своей иммигрантской проблематике.

  Редкий случай, но мне не понравился ни один из героев, разве что только Хасина с ее переменчивой злосчастной судьбой вызывала сочувственные эмоции. Все казались деформированными какой-то неизгладимой хамартией, привычной «нормальности» я ни в одном из них не чувствовала, и это сильно отчуждало меня, как читателя, от них. Больше всех раздражал Шану, которого я воспринимала пустым резонером с неоформленными притязаниями и несколько наивными представлениями о реальности и о себе в ней. Понятно, что автор попыталась придать ему некоторую психологическую глубину, особенно в конце книги, но это мало что изменило для меня: по привычным мне меркам сорокалетний мужик не должен напоминать дурашливого переполненного собой подростка, из какой бы культуры он ни приехал в Лондон. Для меня это был эдакий полуМанилов в бангладешском варианте, невоплощенная до конца взрослость (чего стоят первые сцены его общения с доктором Азадом).

  Назнин, вроде бы, должна была предстать как женщина, заброшенная в реальность, которую она себе не выбирала, но принявшая себя в ней, адаптирующаяся в ней по мере сил, обретшая какую-никакую стабильность, но сохраняющая в себе исконнее культурное ядро. По всему выходило, что она являет собой синтез традиции и инкультурации со всеми вытекающими из этой маргинальности проблемами. Не знаю, как для других читателей, но меня эмоционально отвращали ее архетипическая покорность, какое-то «домостроевское» принятие тех ролей, которые ей навязывают созданные не ею самой ситуации, попытки рационализировать все то, что ей откровенно не нравилось и даже было противно (обрезать мозоли или выдергивать волоски из ноздрей мужу – бр-р!), и – главное – полное бездействие, избегание всего того, что она могла бы изменить, будь на то ее воля. Но почему-то воли не было, все заполнялось терпением, вытеснением, самоподавлением, защитной покорностью. Конечно, я хорошо понимала тот факт, что можно вывезти девушку из ее родной культуры, открыть перед ней хотя бы потенциально новые возможности, но культуру из нее – никогда, тем более, что и в Лондоне сохранялась диаспора «мини-Бангладеш». Все это хорошо показал ее роман с Каримом: хотя и не принесший глубоких сущностных изменений в ее личности, он открыл в ней новые степени свободы. Тем не менее на протяжении всей книги и даже в конце у меня было стойкое ощущение, что она четко не понимает, чего же хочет она сама, а не родители, муж, любовник, подруга, дети, и готова принимать вообще все, что угодно: ей что воля, что неволя – все равно.

  Дочерям Шану и Назнин тоже не позавидуешь. Их маргинальный статус мешает становлению столь важной для них идентичности, делая их образы плохо проявленными для самих себя: кто они? англичанки? представители бангладешской культуры? в какую сторону толкает их родительская семья? каково это, иметь такого инфантильного и одновременно тиранического отца, смирившегося с неосуществимостью своих желаний (но не из-за разницы культур, а из-за его собственной личности)? какое будущее их ждёт? Другие представителя диаспоры (мадам Ислам, Разия) вызывали чувство брезгливости и, хотя и не очень отчетливого, непонимания их поведения в отношении Назнин. От них тоже хотелось отстраниться.

  В итоге вот из этих и других таких же впечатлений книга прочиталась без особого интереса, но очень жалостливо. В целом я оценила ее как довольно банальную и – главное – как не очень внятную по конечному авторскому посылу.

  32

  99