Рецензия на книгу

• 

  dezoti30 ноября 2015 г.

  Мне его повадки и фокусы давно известны.
  Кукольная швея, мисс Рен.

  А повадки и фокусы англичан давно известны Диккенсу. Я верю ему.

  Дальше...

  
  Наш общий друг — последний роман Диккенса. Так скажем, последний аккорд его литературной песни.

  Песня у Диккенса получилась большая, долгая и многословная, с немалой долей юмора и сатиры, и с такой же немалой долей нравоучительного тона.

  Обилие персонажей, многообразие историй, великое множество ходов и поворотов в лабиринте сюжетных линий — все это вовлекает читателя в некое путешествие, затягивает с каждой страницей все глубже и глубже в водоворот событий и происшествий, наводняющих Нашего общего друга.

  Диккенс фокусник. "Террорист". В романе заложена взрывчатка, о наличии которой я не догадался, хотя место, где она была сделана автором весьма предсказуемо. Если бы не это обстоятельство, то роман для меня остался бы малоинтересным и совсем утомительным. Диккенс своей ключевой идеей сделать так и никак иначе, на мой взгляд, спас его, заинтриговав читателя, а затем вызвав у него такой прилив удивления и изумления, от которого последнему же и становится крайне хорошо и довольно.

  В целом книга написана легким, непринужденным, этаким залихватским стилем, но который все же отдает неприятным однообразием и шаблонностью, а также излишней для меня восторженностью и патетическим настроем героев произведения.
  Непонятно, почему надо было столько много места отводить заезженным фразам и описаниям тех или иных событий, как то: бесконечные светские обеды и разговоры об одном и том же, однотипные шуточки и колкости, которыми обмениваются между собой те или иные персонажи.

  На протяжении 1000 страниц читатель миллион раз может ознакомиться с нечто следующим:
  

  
  — Ах, мама! — сказала Лавви, откидываясь на подушки и складывая руки на груди. — Вы бы хоть сели поудобнее! Развалитесь!
  — Чтобы я… — вознегодовала величественная леди, — …развалилась?
  — Да, да, мама.
  — Твоя мать на это не способна! — заявила миссис Уилфер.
  — Что верно, то верно, мама. Но почему, едучи на обед к родной дочери или к родной сестре, надо сидеть так, будто нижняя юбка у вас сколочена из досок, это я отказываюсь понимать.
  — А я, — с невыразимым презрением возразила ей миссис Уилфер, — я отказываюсь понимать, как девица может произносить вслух, да еще с таким удовольствием, название некоторых частей туалета. Мне приходится краснеть за тебя!
  — Благодарствуйте, мама, — зевая, протянула Лавви, — Но если понадобится, я сама за себя покраснею.

  Подобный диалог может вызвать улыбку, но не при встречи с ним в миллионный раз.
  
  Все эти низкие поклоны, изящно витиеватые словесные книксены, в которых можно заблудиться и потерять голову, все эти манеры, вечное «на вы» отчасти наскучивают, хотя и понятно: без всех этих выкрутасов персонажам Диккенса невозможно было бы так виртуозно и убедительно исполнять жизненно необходимые для них роли — лицемеров, сплетников, мошенников, плутов, корыстолюбцев и т. д. и т. п.

  Отдельным особняком в романе стоит тема денег. О деньгах говорят все, от мала до велика, от бедных до богатых. Из этой денежной темы произрастает другая — тема жадности, алчности, скупости и прочих-прочих гадких мерзостей.

  Диалогами такого рода персонажи книги кормят себя с лихвой:
  

  
  — Тебе хочется быть богатой, моя любимая?
  — Богатой?.. Как ты смеешь задавать мне такие глупые вопросы?
  — Тебе чего-нибудь не хватает, мое сокровище?
  — Не хватает? Нет!

  Наш общий друг, а именно главный герой книги поначалу располагает к себе, вызывает симпатию, интригует, но под конец романа превращается во что-то скучное и искусственное, в некий предмет, интерес к которому будет пробудить проблематично и даже невозможно.

  Персонажи романа, как положительные, так и отрицательные достаточно яркие и запоминающиеся (чего стоит мистер Боффин! или мистер Рейберн, который, к слову сказать, просто очаровал меня, доставляя немалое удовольствие своим экстравагантным ироничным взглядом на жизнь и людей, или отъявленный негодяй Райдергуд). Мало к кому питаешь равнодушие. И это при том, что это англичане, которым присуща боязнь ярких красок и которые всему придают траурный вид.

  Англичане, эти дамы и джентльмены, почтенные и доблестные други, чопорные и высокомерные, гордые и хладнокровные господа, какими же они словоохотливыми и красноречивыми предстают в романе Диккенса - диву даешься! В этом черном крикливом Лондоне, сочетающим в себе все свойства коптильни и сварливой жены; пыльном городе, унылом городе, без единого просвета в свинцовом своде небес; городе, осажденном подступившими к нему болотными ратями Эссекса и Кента, представители его являются такими болтунами и болтушками, с таким рвением и мастерством переливающие из пустого в порожнее, что просто поразительно! Тут Диккенс на высоте.

  Резюме.

  Диккенс большой художник, большой писатель. Наш общий друг — это увлекательная, полная тайн и страстей история из жизни англичан, с их причудами и взглядами, вкусами и суждениями, которая интригует, ведет за собой и не отпускает до самого конца.

  Диккенс большой знаток и психолог, великолепно иллюстрирует нам, читателям, реалии и содержание тогдашней Англии, тогдашнего прогнившего, погрязшего в тупости и лжи, так называемого, высшего Света, но также показывает нам то, что любовь выше любого Света, а доброе сердце важнее любых денег.

  8

  619