Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Жажда жизни

Ирвинг Стоун

  • Аватар пользователя
    snknrv3 января 2026 г.

    Наука о жизни

    Эмоциональный роман-биография, который раскрывает путь становления Ван Гога как художника, его выхода на пик и падение: ключевые сцены жизни и периоды написания известных картин; подробно изложен период жизни в Париже и знакомство с другими художниками этой эпохи. Ирвинг Стоун взял за основу письма Винсента своему брату Тео, поэтому сама история романтизирована, делает из Ван Гога идейного творца, с сложной судьбой и тяготами жизни.

    Погружение в эпоху постимпрессионизма происходит через знакомство с ключевыми фигурами этого периода Гоген, Сёра, Тулуз-Лотрек. Автор мастерски передает эту эпоху, книга побуждает копать дальше — смотреть картины, читать историю каждой из фигур, с которыми вы встречаетесь на страницах книги.

    Характер Винсента передан сквозь всю книгу настолько пронзительно, что ты начинаешь чувствовать и понимать каждое его действие. Ван Гог подан вечно молодым, упрямым, отрицающим стандартны борцом за "правду". Он верен себе до последнего, своему внутреннему компасу, своим идеям. Его брат Тео возится с ним как с ребенком, капризным маленьким ребенком. И этот образ излишне романтизирует художника, подавая лишь порционно его изъяны — сифилис, абсент, неспособность вести быть, жизнь за счет брата.

    Книга идеальна для эмоционального погружения в мир искусства конца XIX века. Рекомендую книгу тем, кто хочет погрузится в эту эпоху, понять быт художников, эмоционально прочувствовать путь Ван Гога. Эта книга, которая затянет вас на несколько вечеров в свои объятия. Но будьте готовы к тому, что это красивая легенда, а не объективное исследование.


    — Это игра, отец, и художник идет на риск.
    — А стоит ли такого риска выигрыш?
    — Выигрыш? Какой же именно?
    — Деньги. Положение в обществе.

    Впервые за весь разговор Винсент оторвал глаза от бумаги и вгляделся в лицо отца, вгляделся зорко и пристально, словно перед ним сидел чужой человек.
    — Но мы, кажется, говорили не об этом, а об искусстве, — сказал Винсент.

    5
    66