Рецензия на книгу
Страшные святочные истории русских писателей
Автор неизвестен
books_elvira25 декабря 2025 г.«Мы больше умели жить: были молоды в молодости и оттого дожили до седых волос; но Бог знает, увидят ли наши потомки стариков из нынешнего времени. Теперь стареют так рано и оттого, может быть, не успевают жить или, боясь не успеть, спешат жить и оттого рано стареют. У нас было прошедшее, настоящее и будущее; теперь живут в одном настоящем».
Когда я взялась за этот сборник, ожидала чего‑то уютного и слегка мистического — всё‑таки святочные рассказы. Но эти истории удивили куда сильнее, это не просто «зимние страшилки», а целая галерея атмосферных, порой по‑настоящему леденящих душу сюжетов, от которых и вздрогнешь, и задумаешься.
Что сразу цепляет — разнообразие. Здесь и знакомые имена - Чехов, Успенский, и авторы, о которых мало кто помнит сегодня. И вот это соседство классиков и забытых талантов особенно интересно. Видно, как по‑разному люди сто с лишним лет назад представляли себе «святочную жуть». Где‑то страх тихий, подспудный, где‑то — почти готический, с призраками и зловещими совпадениями. Но почти всегда за мистикой проглядывает что‑то человеческое: страх, раскаяние, попытка понять, где реальность, а где наваждение.
Больше всего меня потряс «Мёртвец в маскараде» - В. А. фон Роткирха. История про маскарад, где среди веселья и шума появляется фигура, от которой мороз по коже, держится в памяти долго. Нет дешёвых пугалок — только нарастающее ощущение тревоги, детали, намёки, и в итоге финал, от которого остаётся странное послевкусие, и страшно, и как‑то светло одновременно.
В целом сборник будто переносит в прошлое, слышишь треск дров в печи, чувствуешь холод за окном, видишь тусклый свет лампы над книгой. Эти рассказы не просто пугают — они рассказывают о людях, их вере, суевериях, о том, как легко в тёмные святочные дни поверить в чудо или в кошмар. После прочтения остаётся ощущение, будто сама побывала в той эпохе, немного вздрогнувшая, но с тёплым чувством, что всё‑таки добро и разум побеждают даже в самой густой тьме.1318