Рецензия на книгу
Доказательства вины
Джим Батчер
aruar22 декабря 2025 г.В ожидании "Twelve months" – Новые начала
Всё-таки, книжные серии – зло. С отдельным романом у читателя завязываются отношения, они с читателем что-то ждут друг от друга, или, наоборот, рады друг друга удивить. А от книжной серии у читателя образуется зависимость – и там уже не до критического мышления, не до анализа, и даже банальное «нравится – не нравится» в какой-то момент уже не работает. Книжные серии – особенно любимые – не читают. В них живут. А какой смысл оценивать жизнь? Её надо принимать как есть и получать удовольствие… У меня сопротивляемость Дрездену в этот раз отказала на восьмой книге. Открыл бумажную, пока ждал дочь с тренировки, потом ещё на следующий день на работе вставил в уши аудио – и всё. С головой затащило в Чикаго и его окрестности, два дня из жизни пропали. Даже цитаты отмечать останавливаться не получалось. Придётся в этот раз как-то без цитат обходиться. И без критического мышления, видимо.
Если без критического мышления, то мне, по-хорошему, пора менять систему оценок. Потому что я, скрепя сердце, «Летнему рыцарю» четыре звезды поставил, а остальные романы цикла у меня – строгая пятерка. И это правильно, заслуживают. Вот только есть же в серии романы типа «Могилы в подарок», или «Поля боя» или, если мне память не изменяет, «Перемен». И «Доказательство вины» сюда же. Если всему остальному пятёрки лепить, то что им? Надо, надо переходить на десятибалльную шкалу, вот только… Ерунда все эти оценки. Свершившаяся книга – это чудо и результат чьей-то реализации их творческого, сиречь божественного, начала. Зачем пытаться всё это как-то детально оценивать? Есть шедевры, есть хорошие книги, есть достойные попытки. И отдельно от всего этого есть «Досье Дрездена», где мне нужна градация из семнадцати пунктов, не считая рассказов и ещё не вышедшего.
Проще говоря, «Доказательство вины», по-моему, второй из лучших романов цикла, так сказать, романов высшей категории. Тех, на которые у Батчера явно хватило времени докрутить их так, как они должны работать. Несмотря на намёки из русской аннотации –
И сейчас на руках у Дрездена одновременно три дела.
Старый наставник-чародей просит Гарри срочно выяснить позицию королевы Мэб в войне вампиров и чародеев.
Привратник - самый немногословный из Старейшин - шлет предупреждение: в Чикаго появилась опаснейшая черная магия.
Дочь старого друга умоляет спасти ее бойфренда, главного подозреваемого в страшном и жестоком преступлении.
Три дела - на первый взгляд, никак друг с другом не связанные. Но - так ли это?..–
как раз в «Доказательстве вины», чуть ли не впервые со времен «Могилы в подарок» (может за некоторым исключением «Ликов смерти»), Батчер отходит от штампования книг по принципу «один роман – одно приключение». Этот роман составляют три полновесные – перетекающие друг в друга, но вполне независимые – истории, каждая из которых, как показывают предыдущие книги, вполне могла бы быть материалом для одного, проходного романа. Объединённые в одно многоплановое повествование, они позволяют Батчеру мощно закончить то, что он начал в «Барабанах зомби» и «Обряде на крови» и закрепить идею, что этап становления героя окончен и Дрезден у нас теперь – герой состоявшийся. И даже больше, чем герой (ладно, совсем без цитат не получится):
In short: I’d become a politician.В «Доказательстве вины» Батчер более внятно и подробно проговаривает многие вещи, которые он уже и так показал в «Обряде на крови» и мы с вами там их уже обсудили – десакрализация кумиров и принятие их неидеальности, принятие ответственности за свою судьбу и за свою душу и готовность признавать за другими право на собственный выбор, решимость самому назначать цену и платить её. В этом смысле в «Доказательствах вины» можно находить элементы самоповтора и пережёвывания одного и того же, но, во-первых, это восьмой роман серии и если уж мы добрались до этой точки, то мы уже слишком очарованы миром Дрездена и не будем придираться; во-вторых, будем честны – далеко не все читают «Досье Дрездена» так вдумчиво и дотошно, как мы с вами и то, что для нас «бессмысленное разжёвывание пройденного материала», для многих, наоборот, необходимая подсветка уже произошедших, но ещё толком не описанных этапов развития персонажа. В-третьих, это было бы так, остановись Батчер в этом романе на одной «основной» истории. В таком случае, роману, очередной раз расставляющему точки над «i» и демонстрирующему каким молодцом наконец-то стал Дрезден, действительно не хватило бы интриги. Но интриг в романе хватает: что-то крутят феи, впервые со времён «Летнего рыцаря» активно вернувшиеся в повествование. Вынужден маневрировать и называть себя политиком сам Дрезден – оказавшийся, как между молотом и наковальней, между бюрократическим лицемерием системы и слепой прямолинейностью родительского фанатизма. Наконец, как и положено любому трудному подростку, отчаянно (и отчаянно неуклюже) интригует и манипулирует Молли, впервые оказавшаяся самостоятельной единицей в мире взрослых, впервые выведенная здесь в статусе самостоятельного персонажа данного цикла. В таком водовороте событий разговор об изменившемся внутреннем мире Дрездена не кажется повторением пройденного материала: это становится утверждением новых начал. Задачи, которые решает Дрезден в «Доказательстве вины», принципиально отличаются от всего того, с чем ему приходилось сталкиваться в предыдущих романах, справится с новыми задачами может только новый Дрезден. Впрочем, я слишком великодушен к нему – успешно справляться с трудными девушками-подростками вообще никому не под силу. Точно не Дрездену.
Я дошёл, обходясь без прямых спойлеров в рецензиях и не жертвуя при этом (отмечу скромно) их качеством, до восьмой книги серии. Не уверен, что мне удастся пройти так весь цикл, возможно, рано или поздно придётся вешать плашечку «спойлер» и говорить в деталях о событиях той или иной книги – но, пока получается, хотелось бы продолжить чистую игру. Так что о Молли поговорим подробнее в других книгах, пока отметим, что в «Доказательстве вины» начинается арка третьего, из тех, чьё имя не Гарри Дрезден, центрального персонажа серии. При том, что арки двух других – Мёрфи и Томаса – подошли к перевалочным пунктам. У Мёрфи отныне всё будет по-другому. У Томаса всё будет по-своему.
«Murphy stood on the other side and smiled at me. “Hey”. She held up my shotgun. “Thomas wanted me to bring this by. Said to tell you he was getting his own toys from now on”.Впереди – на мой взгляд, самый интересный отрезок цикла. Но история чудаковатого волшебника на подхвате у чикагской полиции – самая камерная, самая ламповая часть цикла –окончательно завершилась. Не знаю, можно ли говорить о том, что Дрезден приблизился к своему божественному началу, – пока кажется, что, скорее, наоборот – но из границ мира человеческого «Досье Дрездена» вместе со всеми своими обитателями окончательно выросло. И пусть под каким- то углом может даже казаться, что к концу «Доказательства вины» всё вернулось на круги своя, на самом деле это ощущение обманчиво. На самом деле, ничего уже не будет по-прежнему. Это новые начала.
21159