Рецензия на книгу

• 

  winpoo21 декабря 2025 г.

  Приведение в порядок чужого прошлого

  В послесловии к этой толстой книге Х.Г. Васкес говорит, что, занимаясь приведением в порядок чужого прошлого, он тем самым упорядочивает и собственное настоящее, борется с собственным жизненным беспорядком. И я задумалась - и над этими словами, и над всем содержанием прочитанного. По сути, это верно: рассматривая практически под лупой тексты, дневниковые записи, фотографии, отражающие последовательность событий чужой жизни, ты начинаешь усматривать в ней своеобразную логику, которая, может быть, не была отчетливо видна даже самому герою в процессе проживания собственной жизни. Все книги Х.Г. Васкеса основаны на реальном материале, и тем не менее почему-то всегда производят на меня впечатление авантюрной выдумки. Наверное, так происходит потому, что сама жизнь и есть индивидуальная экзистенциальная авантюра, но все же такой эффект – весьма неожиданный для биографической прозы. Похоже, именно ради него я в очередной раз и берусь за такое трудоемкое чтение. Да, это правильное слово для романов Х.Г. Васкеса - «трудоемкое чтение»: смесь фактов и интерпретаций, надежности и зыбкости, свершившегося и вероятностного, документального и воображаемого странным образом завораживают и делают его писательскую манеру узнаваемой и ни на что не похожей.

  Книга тяжелая в эмоциональном плане и, хотя прочитана не без удовольствия, чтение показалось утомительным: это было как если бы ты долго-долго слушал понравившийся тебе музыкальный трек на репите – до такого состояния, когда любимое уже остохренело и превратилось в автоматизм. Роман стартует с приезда колумбийского режиссёра Серхио Кабреры в Барселону на ретроспективу своих фильмов, и этот приезд, совпавший по дате со смертью его отца, вовлекает его в вихрь разнонаправленных воспоминаний о собственной жизни, прошедшей как под знаком отцовского влияния, так и под властью принятых единолично верных и неверных решений. За всем этим интересно наблюдать, а помимо прочего, ты узнаешь массу вещей о Китае, Колумбии, о которых, конечно же, тоже немного знал, но как-то понаслышке, и уж тем более – не как участник событий, подчас и вовсе не желавший быть этим самым участником.

  Содержание книги носит какой-то глубинно-внутренний характер, и этим она привлекательна, потому что сам по себе, сколько бы документальной литературы ты не осилил, ты останешься на уровне факта, хронологии, явленного результата и стороннего и в каком-то смысле беспристрастного наблюдателя, а здесь ты удерживаешься в рамке личного переживания и осмысления происходящего, что гораздо важнее. В этом смысле романы Х.Г. Васкеса очень субъективны по сути, и возможность для читателя присоединения или отрицания этой субъектности, на мой взгляд, его главная фишка, порождающая внутренний диалог. Ну, по крайней мере, мне это нравится, как вообще нравится в чтении выходить за только лишь затронутость эмоциями и естественным путем приходить к самовопрошанию, ведущему к обретению новых смыслов.

  Роман полифоничен, в нем много разных биографических линий (Фаусто, Лус Элена, Марионелла и сам Серхио в разных обличиях в разные периоды их жизни, семья Карла, второстепенные персонажи), и весь он пронизан амбивалентностью. Вместе с героями ты понимаешь, как сложна жизнь, если проживать ее всерьез, от первого лица, насколько порой трудно нащупываем бывает пресловутый «путь к себе», как неоднозначен, а порой и болезнен, процесс личностного самостановления.

  Что же касается «оглянуться назад», то, видимо, это получается только тогда, когда есть на что оглядываться. У многих ведь и оглядываться-то не на что, поскольку они не были участниками собcтвенной жизни, сохранив, как говорил М.М. Бахтин, «алиби в бытии».

  36

  148