Рецензия на книгу

• 

  Rita38920 декабря 2025 г.

  Аннотация нагло врёт. Траутвейн пишет симфонию "Зал ожидания" в финале романа. До похищения немецкими властями журналиста Беньямина Траутвейн известен "Одами Горация". До финальной симфонии он представит слушателям ораторию "Персы" и "Песни Вальтера". Музыка будет неразрывно связана с внутренним миром Зеппа и происходящими во внешнем мире событиями.
  В каждом из романов трилогии "Зал ожидания" один из персонажей задержан немецкими властями. Их арест закончится по-разному. За искусствоведа хлопотали долго, но безуспешно. Помощи он не дождался. Густава Оппермана вытащат из лагеря, но он не оправится от последствий заключения. Журналист Беньямин переживёт лагерь и выкарабкается. В каждом из романов будут хлопотать об узниках, подробнее они описаны в "Успехе".
  Да, и "Успех" - самый неторопливый роман трилогии. Он полон статистических данных, авторских отступлений о зарождении нацизма. В "Изгнании" цифр вообще нет.
  Фейхтвангер был не близок среде рабочих и крестьян. В "Успехе" есть несколько персонажей низших классов. Они развиваются.. Некоторые мечутся между социализмом и нацизмом, но остепеняются в браке. В "Семье Опперман" ярко изображён продавец в универмаге. Запуганный заранее человек мечтает вырваться из удушливой атмосферы, а картина в 1933-м году только разворачивается.
  В "Изгнании" Париж 1935-36-х годов. Однако, ни французов, ни эмигрантов из рабочих или не сильно образованных разночинцев. Автор не описывает мытарства скромных трудяг, вроде того продавца.
  В "Изгнании" читатель наблюдает лишь интеллигенцию. Фейхтвангер не льстит немецким эмигрантам. Они ворчливы, брюзгливы, ленивы и наглы. Ещё недавно они были высшим классом, властителями тугих кошельков или умов масс. Работы мало, но ручной труд для них зазорен. Лучше ныть, жаловаться и болтать, чем добросовестно починить дверь или половицы.
  Ассестирование в кабинете зубного врача считается чёрной работой. Непристижно и времени много отнимает.
  Мужчины пропивают чудом свалившиеся на них гонорары. Женщины планируют, кому бы повыгоднее продаться. На две трети романа душа болела лишь за переутомлённую Анну. И то её труд трудом не считается. Муж и сын называют её домохозяйкой, а её работа у врача в их головах не задерживается. Не мудрено, что загнанная обстоятельствами Анна уже не может мыслить широко и предпринимает меры. Её поток сознания похож на аналогичный у Бертольда Оппермана. Рядом с ними вовремя не оказалось великодушных людей.
  Не щадит автор и своих состоятельных соплеменников. А на мои возмущения поведением композитора откликается через полглавы или главу. Заигрался старый мальчик в политику и журналистский юмор.
  Из молодёжи в романе трое юношей-ровесников. Но какие же они разные! Гарри смог бы стать гениальным писателем, а остался автором одного сборника рассказов. Ганс и Рауль идут разными путями, оба недовольны своим местом в мире.
  Чудна женская логика Леа. Заигрывать с начальником мужа нормально, несмотря на то, что он убеждённый нацист. Одновременно можно наезжать на мужа, но не на его начальника, и зарабатывать себе очки в обществе музыкальными вечерами эмигрантов. И одновременно со всем этим возмущаться своим еврейским дедом. Так и не поняла, уважает ли Леа часть своего родственного прошлого, или умело лавирует.
  Не показаны люди, создающие рабочие места эмигрантам. Точнее, особо положительными не показаны. Нет в романе и семей с малолетними детьми. Интеллигенты или умело ускользают в Лондон, или вовремя разводятся, или жалуются в бараке благотворительного жилья.
  Пока Черниг жалуется на жизнь, целыми днями валяясь на гнилом матрасе, он - гонимый поэт. Стоит чернигу не без помощи Анны легально устроиться во французское издательство, автор сразу же негативно разрисовывает его обуржуазившимся и успокоившимся.
  Любопытно высказывался старый филолог, профессор, изучавший античную литературу и историю. Но он - фигура эпизодическая, созданная ради цитат и теории о науке ожидания.
  Вернусь к Анне и Зеппу. 38-летняя Анна для мужа "старушка" не только в фигуральном смысле. 47-летний мальчуган Зепп совсем ещё не покинул детство. Его сын Ганс зрелее и старше отца. А у отца, гения и великого таланта, есть потребности и тонна нетерпения. Анна не только жена для него, но и мамочка на двадцать лет. Никому не пожелаю жить рядом с подобными гениями-вампирами. Каждому из таких положен бы дворец со штатом слуг.
  Жак Тюверлен, активный персонаж "Успеха", превратился в благообразную бронзовую говорящую голову. Величину, благосклонного мнения которой ждут несколько писателей.
  А враги недооценены. Такие все возвышенные интеллигенты называют своих идеологических оппонентов варварами и дикарями, но недооценивают.
  Ура, трилогия "Зал ожидания" для меня завершена.

  35

  67