Рецензия на книгу
Каталог Латура, или Лакей маркиза де Сада
Николай Фробениус
ARSLIBERA17 декабря 2025 г.Безболезненный эксперимент
Сюжет + Общее впечатление + Язык: 8+8+8=8,0
Рацио-Эмоцио: 75% - Рацио
Блиц-аннотация: Путешествие с героем в попытке ощутить боль, которая становится последним якорем реальности.
XVIII век, эпоха Просвещения, Франция. Ничего не напоминает? Да-да, Фробениус идет по стопам Зюскинда помещая сюжет в тот же культурный контейнер, однако меняет вектор повествования.
Здесь хотя и вновь поднимается вопрос о теле, которое стало объектом науки, но автор выворачивает историю наизнанку. Если Гренуй у Зюскинда - гиперчувствителен, то у Фробенуса Латур - человек с сенсорной пустотой внутри. Получается, что "Парфюмер" - это история о том, как рациональность Просвещения рождает чудовище-гения (гений без морали), в то время как в "Каталоге" - рациональность не спасает от экзистенциальной пустоты (человек без боли). Поэтому главный вопрос, которым точно озадачится читатель: что страшнее - чувствовать слишком много или не чувствовать вообще?
Особенно роман хорош для тех, кто задумывается, есть ли смысл в произведениях де Сада за пределами того, что в самом тексте. Надеюсь, что вытащив на свет вновь Божественного Маркиза, я опять не окажусь в аду чужих возмущений.
Вообще, роль де Сада здесь довольно условна, ведь главная история про Латура - за которым читатель следит с момента его появления на свет и до глубокой старости. Главная особенность героя - он не чувствует боли. А без боли нет вины, нет прощения, нет тела, нет "я". Поэтому осознанный выбор Латура - это наблюдать или воображать боль своих жертв, и это единственная его возможность прикоснуться к реальности.
"Может быть, у мальчика есть потребность проникнуться чужой болью".
Маркиз, вынесенный в подзаголовок романа в большей степени тут выступает как маркетинговый ход, так как на страницах книги он появляется только после того, как читатель преодолеет половину романа. И нет, здесь не будет никаких скабрезностей в духе де Сада, он предстанет здесь скорее самым человечным человеком эпохи Просвещения, который и пояснит за свои произведения. Поэтому в "Каталоге" (под номером 8) маркиз будет говорить не про культ боли, а про радикальную честность, в том числе честность желания.
Наблюдая за жизнью Латура и его попытками понять/почувствовать, что же такое боль, читатель становится свидетелем убийств, которые совершает главный герой. Потерпев катастрофу после потери матери, чьей жизни отведено достаточно в сюжете произведения, Латур оказывается в онтологической пустоте, неспособный почувствовать боль. У него на руках список, оставшийся от матери-ростовщицы. Латур верит, что именно люди из списка оказались виновны в смерти женщины, поэтому выходит на охоту. Хотя важно не забывать, что изначальная его цель - не убийство, а лишь поиск боли.
Приведут ли скитания героя к поиску той квинтэссенции, которая сделает его человеком? Все может быть. Правда, именно здесь роман перестает быть историей Латура и начинает задавать неудобный вопрос читателю: а что, если боль - это действительно последнее, что удерживает нас в реальности?
1965