Рецензия на книгу

• 

  orlangurus14 декабря 2025 г.

  "Post hoc ergo propter hoc."

  Латинское выражение, повторяемое в книге не однажды и разными персонажами, по-русски звучит примерно "после этого, следовательно, по причине этого" и является логической ошибкой. Собственно говоря, все сюжетные линии романа подтверждают это... Причины - гораздо глубже одного отдельно взятого события...
  В своё время из всех моих списков на планы и желания прочитать с треском вылетел Еремей Парнов, потому что первая из его книг, попавшая мне в руки, была Еремей Парнов - Секта . Из этого можете делать вывод, насколько я не люблю эту тематику. Именно по этой причине книга Поляринова, которого в самом замечательном смысле я открыла для себя в начале года, прождала своего времени столь долго. И зря.
  Да, секта. Страшные, ломающие жизнь методы воздействия на людей. При этом полиция отзывается примерно так:

  
  Да не пугайтесь вы. Все с ней нормально. Они не фанатики, ничего такого. Безобидные дурачки, типа амишей или мормонов. Занимаются земледелием, не признают финансовую систему и не пользуются технологиями. Луддиты.
  Мы ездили в общину, говорили с людьми, они не готовятся к концу света, не занимаются жертвоприношениями, просто толпа безобидных дурачков, которые решили вместе ненавидеть технологии.

  Мать Тани ушла в эту секту. Сама. Добровольно. Как и все остальные люди, вкалывающие там на картофельных полях и полощущие бельё в ледяной реке. У Тани с матерью очень сложные отношения с самого детства:

  
  Еще ребенком Таня научилась «слышать» настроение матери – могла определить степень ее усталости и раздражения по тому, как она открывает дверь и бросает ключи на комод; как выдыхает, опускаясь на табуретку; как расстегивает пальто; как снимает сапоги и разминает пальцы на ногах, массирует опухшие ступни. Слушать уставшую, угрюмую мать и смотреть на нее было невыносимо, поэтому Таня всегда старалась ее развеселить – так еще в детстве стал проявляться ее комедийный талант.

  Взрослая, пережившая материнскую нелюбовь и привычку командовать даже в мелочах, Таня всё-таки хочет её вытащить. Она искренне не понимает, как вполне авторитарная её мама может настолько подчиниться кому бы то ни было...

  У американки Ли было совершенно другое детство, совершенно иная мать:

  
  Неискушенность матери поражала Ли с самого детства. Она не понимала, как в одном человеке могут уживаться два таких разных характера: сосредоточенный и бесстрашный ученый-ихтиолог и рыдающая над бульварными романами простушка. Плюс еще эта ее привычка – по-детски радоваться мелочам и восхищаться всякой ерундой:
  — Господи, как же вкусно! Ты только попробуй!
  — Мам, это просто тост.
  — Да, но именно сейчас он особенно вкусный.

  Только вот маму иногда гораздо больше интересовали её крокодилы, чем успехи дочери. А успехи были, и Ли постепенно втянулась в собственную гонку за научным признанием, что по сути, для неё было избавлением от одиночества:

  
  Это ощущение – остаться одной – было страшнее всего.

  Что общего между этими двумя молодыми женщинами, учёной Ли и начинающей киношницей Таней, выросшими в совершенно разных местах, получившими абсолютно непохожее воспитание, имеющими почти что противоположные жизненные цели? Ничего, кроме человека, который попытался эти жизни сломать...

  Герои романа высказывают неоднократно точку зрения, максимально близкую к моей, сформулированную по-разному, вот так, например:

  
  В самом деле, кем надо быть, чтобы купиться на то, что пишут в этих тупых брошюрах, правда? Вот и мне так казалось. Мне казалось, мой ум, скептицизм, образование – все это защитит меня.

  Но оказывается, что эрудиция, скепсис и даже психическая устойчивость не гарантирует ничего... Дальше даже рассказывать не буду, процесс превращения Тани в человека в белых одеждах до сих пор вызывает у меня мурашки...
  А вот о важности взаимоотношений в семье, которые, возможно, есть единственный способ защититься от подобных явлений, ещё скажу. Не одинокий, любимый и любящий (не изображающий, потому что дети должны любить родителей) человек не должен будет защищаться от воздействия - он просто не окажется в этой ситуации. До сих пор так считаю, хотя прочитала в книге данные по новым религиям и сектам, правда в США, (думаю, они реальные) - и их больше 6000. Но в книге есть один значимый, а для меня - самый-самый персонаж - Марта Шульц, человек их изучающий и помогающий пострадавшим:

  
  Она окончательно поняла, что больше не хочет изучать лидеров религиозных культов, во всяком случае – напрямую; не хочет разговаривать с ними, копаться в их головах, составлять их профили, вообще хоть как-то соприкасаться с ними – все они были так банальны и так похожи, что уже давно сливались в ее мыслях в один размытый и скользкий образ. Гораздо больше ее беспокоили жертвы, выжившие или их родственники, те самые люди, которые на заседаниях обычно сидели, стыдливо опустив головы.

  Ужасно, что подобные "деятели" ломают людям жизнь... К слову, попытка девушек в романе прекратить долгий жуткий путь Гарина не увенчалась успехом, хотя они и понимали, что

  
  он ведь не просто жив, он продолжает пожирать людей, а это уже совсем другая история, это значит, что он не остановится. Не остановится сам.

  Только как-то он опять исчезает из поля зрения всех, кто мог бы это остановить...

  Что я могу сказать после прочтения романа? Тема сект в число моих любимых всё равно не попадёт, но я убедилась, что и про это можно писать по-разному. Ещё раз подтвердила для себя интерес к Поляринову. В том числе и за то, что его книги науко-, искусство- и литературоцентричны, если можно так выразиться, и это мне очень нравится. Как и его редкие, но меткие улыбки...

  
  Таня спросила, что она читает, и мать показала обложку: «Анна Каренина».
  — Сто лет не перечитывала. А теперь вот сижу здесь, времени вагон, вот и решила.
  — И как оно?
  — Очень нравится. Переживаю за Анну, надеюсь, у нее все будет хорошо.
  Таня разглядывала лицо матери и не могла понять, шутка ли это или она действительно забыла самую известную концовку в истории литературы.

  86

  329