Рецензия на книгу

• 

  kozlovanton8610 декабря 2025 г.

  Пластмассовый мир победил. Жизнь опередила мечту.

  Кто в молодости не был революционером, у того нет сердца, но тот, кто остался им и в старости, у того нет разума, – любил повторять Уинстон Черчилль.

  Читать Оруэлла сегодня - это как читать новости. Правда не актуальные, а как будто новости вчерашнего или даже позавчерашнего дня.

  Большинство мрачных прогнозов сбылись, и нас уже не пугают предупреждения автора о грядущей антиутопии, мы уже в ней живём и пытаемся как-то наладить и обустроить свой быт между глобальных катаклизмов, войн и эпидемий. Наша охота сейчас исключительно за "желтыми ценниками" в Пятёрочке.

  Новояз давно стал обыденностью, все давно привыкли к "хлопкам", "отрицательному росту", двоемыслие никого не удивляет, "их коварные шпионы" и наши "отважные разведчики" давно превратились в норму и стали поводом для мемов, слежка "большого брата" тоже никого не пугает - голосовые помощники и нейросети знают наши адреса, вкусовые привычки и предпочтения, а теперь ещё и приложения для знакомств просят доступ к нашим фотографиям, чтобы лучше подобрать партнёра.

  Даже слежка детей за родителями и доносы в правоохранительные органы за неблагонадежное поведение стала реальностью.

  И тем сложнее сейчас в нашем возрасте понять мотивы поступков главных героев романа. Понятно, что "война - дело молодых", но против чего конкретно борются персонажи? Чем их так уж не устраивает их государство и общественный строй?

  Взять к примеру Уинстона - партиец, имеющий неплохую работу, связанную с интеллектуальным трудом, пусть с не самой высокой зарплатой (на пижаму накопить и то проблема). У него есть крыша над головой, питание и возможность снять комнату для свиданий.

  Чем вызвана его мотивация сорвать покровы и рассказать правду о государстве? Да и откуда он знает, что ему известна эта правда? Ведь двоемыслие - штука такая: лишает тебя возможности не только понять где правда, где ложь, но и скрывает сам процесс подмены.

  Да и кому нужна эта его правда? Неужели жителям Океании станет легче от того, что они узнают что нормы шоколада урезаны не потому что Океания воюет с Остазией, а потому что правительство избрало такой способ утилизации материальных запасов, чтобы не повышать уровень благосостояния населения и сохранять систему привилегий при распределении благ?

  Ну вот мы сегодня знаем что в руках 10% населения страны сконцентрировано 90% всех богатств - и что, наша жизнь сильно изменилась, цены в "Пятёрочке" стали ниже?

  А Джулия? Её же вообще вроде ничего не интересует кроме беспорядочных половых связей и дефицитных продуктов, типа натурального кофе. Ну так государство ей вроде не сильно мешает удовлетворять эти её низменные потребности и "почувствовать себя женщиной"

  Государство не сильно лезет в вопросы семьи и брака, да рекомендует воздерживаться от случайных связей и использовать зачатие для продолжения рода, но и "розовые талоны" как у Замятина не выделяет, и партнёров не подбирает или детей в бутылке как у Хаксли не воспитывает. Да и личные часы не так жёстко, как у того же Замятина урегулированы Часовой скрижалью - максимум электричество отключат в 23:00, но обязанности жить в стеклянном доме и опускать шторы на час в день нет, даже телеэкран можно на время отключать, оставаясь без контроля и слежки. Против чего ей бунтовать то?

  Жители "Обитаемого острова" Стругацких хотя бы верили что кругом враги, которые хотят их уничтожить, и только Неизвестные отцы, Боевая гвардия и башни противобаллистической защиты не дают этого сделать.

  Хотя башни распространяли излучение, управлявшее эмоциями, а Боевая гвардия отлавливала несогласных, объявляя выродками.

  Так и то, тамошнее Сопротивление хотело свергнуть Неизвестных отцов, а башни оставить, чтобы самим управлять народом.

  А чего хочет здешнее Сопротивление? Вопросы, сплошные вопросы.

  При этом низшая каста, пролы, оказывается в итоге на самом привилегированном положении - им доступны все развлечения, типа футбола, алкоголя и порнографии, им можно заводить семью, в "двухминутках ненависти" они не участвуют, сами с удовольствием ходят смотреть на казни, религия для них не возбраняется. Странный тоталитаризм у них однако.

  Итак, пластмассовый мир победил. Большинство прогнозов Оруэлла сбылись, мы рождены, чтобы Кафку сделать былью. Сложно давать оценку роману "1984" как литературному произведению, поскольку именно литературного в нем не очень много. В нем не слишком разработан сюжет, дано лишь общее представление об устройстве мира, не раскрывающее подробных деталей, не слишком подробно раскрыты характеры главных героев, что мешает понять движущие ими идеи и мотивацию их поступков, в нем словно бы отсутствует идейное содержание, мы не можем понять отношение автора к происходящим в романе событиям, выразить ту главную идею и основную мысль, которую автор пытался донести до сознания читателей.

  Да, мы поняли, что пропаганда управляет миром, все правящие режимы повсеместно используют пропаганду, а в основе любой пропаганды - ложь, манипуляции сознанием и ненависть к внутренним и внешним врагам. Но эта мысль как будто утратила сегодня свою остроту и актуальность, превратившись просто в банальный факт. При этом Оруэлл этот факт просто констатирует, не предлагая выходов из сложившейся ситуации.

  В романе словно нет положительных героев, которые могли бы выступать примерами для подражания читателю, своеобразными проводниками авторских идей. Все представленные в романе персонажи автору (а значит читателю) равно безразличны, их судьба читателя (да и автора) не интересует, их моральные выборы, дилеммы, душевные терзания тоже не представляют особенной ценности и не влияют на развитие сюжета.

  Некоторые из читателей, принимавших участие в обсуждении, ожидали увидеть в романе антиутопию в духе "Голодных игр" - но главный герой не оправдал их ожиданий. Тридцатидевятилетний Уинстон оказался не особо подходящей кандидатурой на роль бунтаря-подростка, бросающего вызов тоталитарной системе, и в одиночку побеждающего её, и удаляющегося в закат, сжимая в объятиях любимую девушку.

  Мотивы поведения Уинстона, причины его бунтарского поведения, остались не до конца понятны. С чего он решил, что он должен донести грядущим поколениям правду о текущем режиме? С чего он решил, что в эпоху тотального двоемыслия ему известна эта правда и эта информация окажется нужной будущим поколениям? Равно как и Джулии государство не особо мешает удовлетворять свои желания и "почувствовать себя женщиной".

  Как манифест или предупреждение от будущих бунтов и революций книга тоже не справляется со своей задачей. Несмотря на явное неравенство в общественном устройстве, когда только 2% членов внутренней партии пользуются благами и привилегиями, а 80% населения - пролы, в партии не состоящие и в управлении обществом не участвующие, они не выглядят униженными и угнетенными (как крестьяне и пролетариат в Российской империи, например). Напротив, пролы представлены как наиболее привилегированная прослойка населения, избавленная от тотальной слежки телеэкранами, не участвующая в двухминутках ненависти, наслаждающаяся доступными в обществе развлечениями (футбол, порнография), и даже "злосекс", запрещенный под страхом смерти у партийцев, у пролов не осуждается. Против чего им бунтовать то? Разве что ракеты время от времени падают на их кварталы, вот и все неудобства их существования.

  Поэтому сегодня книга представляется просто артефактом из ушедшей эпохи, сборником красивых афоризмов и ярких фразочек, в духе "Свобода - это рабство", которые будут эффектно смотреться в качестве статуса в социальной сети, но при этом утративших внутреннее идейное содержание. Жизнь сегодня опередила фантазию автора, и новые политические режимы создают общества тотальной антиутопии с использованием новейших цифровых технологий и искусственного интеллекта, о которых автор не мог мечтать. Мрачные прогнозы автора нас не пугают, воспринимаются как новости вчерашнего дня, и наша главная задача - уже не борьба с цифровой диктатурой, а нахождение способа выжить в динамично меняющемся мире.

  Написано после обсуждений в книжном клубе "Сто страниц"

  8

  255