Рецензия на книгу

• 

  raccoon_without_cakes27 ноября 2025 г.

  страх и отвращение провинциального городка

  Обычно я не хожу вокруг да около, а подчиняюсь собственным правилам: прочитала книгу — будь добра сразу же о ней и написать. Но в этот раз я бродила в этой послекнижной тоске пару недель, не зная, куда себя деть, и радуясь, что у меня нет ни карт, ни обоев, и негде искать соглядатаев.

  «Мелкий бес» меня душил и вызывал тошноту, а потом у меня вырывался саркастический смешок, чтобы сразу после него мне хотелось громко и картинно захлопнуть книгу и смотреть в стену. Сологуб будто бы отправил меня на горки отрицательных эмоций всех оттенков, по пути наказав перемерить и пересчитать все свои моральные принципы. К финалу я приехала душевно растрепанной, но мне неожиданно... понравилось. (Хотя не планирую читать подобное в ближайшее время, Сологуб и Золя в одном месяце меня морально надломили).

  Ардальон Борисович Передонов, возможно, так и останется одним из самых неприятных героев моего литературного багажа. Учитель-садист и домашний тиран, завистник и ябеда, параноик, подозревающий всех в предательстве, суетящийся мелкий человечек без мнения и совести. Жестокость к другим, розги и мечты о повышении — почти единственное, что его может порадовать.

  И само окружение ему соответствует: в сером, скучном провинциальном городишке не так-то просто отыскать хорошего человека. Многие потворствуют Передонову в его параноидальных фантазиях — поддерживают их, посмеиваются, дают им новую почву. И, чем больше он сходит с ума, тем более призрачным, более безумным выглядит сам город. Иногда даже таинственная, мелькающая Недотыкомка казалась более живой и очевидной, чем сам Передонов или кто-то из его знакомых.

  Но если главы Передонова окрашены в тоскливые цвета, то другую сюжетную линию, линию гимназиста Саши и барышни Людмилы, читать проще. Но этой то простотой, этой языческой игривостью эти главы и страшны. Барышня, играясь, совращает школьника, принимая его хрупкость и красоту за признак этакой бесполой куклы, на которой можно воплощать свои потаенные желания. Эти сцены удушали (буквально, ведь они пропитаны духами Людмилы) и укачивали.

  Хотя и в сценах Передонова встречается этот удушливый эротизм. Например, глава, в которой он ночью пробирается в дом ученика, чтобы, при поддержке мамы мальчика, его выпороть. Чем не любовное свидание, полное жестоких фантазий?

  И да, я помню, что упоминала свой саркастичный смех. Я действительно смеялась на главе с визитами Передонова, когда воображаемые сплетники и злопыхатели переполнили его голову и выплеснулись на город.

  Я много чувствовала, пока читала, и чувствовала самое разное, от скуки начала до раздражения, от ужаса до жалости. А потом случилась глава маскарада, на которой я забыла как дышать, и переслушала ее в аудиоверсии. Одно из самых ярких книжных переживаний последних месяцев. И из-за нее мне захотелось вернуться к роману спустя время. Может быть, я буду более подготовленной. А может быть, к передоновщине вообще нельзя быть готовой, но можно увидеть что-то новое.

  39

  413