Рецензия на книгу

• 

  penka_mary20 ноября 2025 г.

  Шокирующий антисоветский роман Алексина об антисемитизме в СССР

  Шокирующий, потому как для большинства бывших советских граждан Анатолий Алексин – это святое. Это тот самый любимый писатель СССР, о произведениях которого следует говорить либо хорошо, либо никак. Ведь в них – всё то светлое, чистое, искреннее, настоящее и правдивое, что было в Союзе. А всяким там жертвам ЕГЭ этого, конечно, не понять. Не важно, что я выросла в том числе и на советской литературе, каких только трехэтажных оскорблений в свой адрес не выслушала от свидетелей эпохи и представителей, надо полагать, интеллигенции, когда посмела высказаться в негативном ключе об одной лишь повести Алексина, просто потому, что ну не верю я написанному. Потому что чувствую фальшь.

  И вот, надо же, читаю роман, в котором Алексин предстает не небожителем, восхваляющим пионэрию и идеальную советскую ячейку общества - семью, а тем, кто осмелился высказаться против Сталина и против системы. Оказывается, не всё так гладко было в нашем королевстве?

  
  «Мертвые тела по-прежнему стискивались живыми. Они не могли упасть, и никто не мог над ними склониться... Было в этом нечто удушающе дикое. Потому я думаю, что сатана - не планетарный, а наш, отечественный, хоть и умер, но похоронами своими не доверил управлять никому, кроме себя самого.
  Сатана правил бал, на который завлек людей, возлюбивших его и принимавших изощренные муки за эту грешную, неправедную любовь».

  Тут фанаты Советского Союза могут выдыхать и говорить «ага, ну все понятно с этим предателем», ибо роман этот Алексин написал в 1994 году, уже будучи в эмиграции в Израиле. Голос прорезался лишь вдали от Родины? Потому что никакой он на самом деле не Алексин, а Гоберман. И псевдоним «Алексин» взял от актрисы-матери, которую после того, как репрессировали мужа, с работы уволили. Мария Михайловна Гоберман на сцене была Алексиной. Интересно, почему, если многие до сих пор утверждают, что никакого антисемитизма у нас не было?

  Читать роман тяжело. Поток воспоминаний человека, который мысленно до сих пор в родной стране. В гипертрофированной форме здесь вся скорбь еврейского народа, где семья Певзнеров – как лицо и голос поколения.

  9 мая 1945 года в семье у Героя Советского Союза, доктора Бориса Исааковича и его горячо любимой красавицы-жены Юдифи Соломоновны родилась тройня. Лучший друг семьи Абрам Абрамович, чтобы как-то подсластить пилюлю будущей жизни детей, посоветовал хотя бы имена им не давать еврейские. Так получились Игорь, Сергей и Дарья Певзнер.

  К сожалению, правильные советские имена их не спасли, говорящая фамилия вкупе с «сионистской» внешностью были словно клеймом. Тем самым пятым пунктом, после которого могли не принять в университет, не взять на работу, состряпать «дело врачей», морально травить в школе или по-дружески, по-соседски, перемывая кости возле подъезда и припечатывая унизительным «жидовка». Самым твердолобым оказался глава семьи Борис, до последнего не верящий в то, что антисемитизм – суровая реальность, и его близкие - часть этого процесса.

  В каждом слове здесь боль, непонимание, отчаяние. Невозможность жить и работать в родной стране и вынужденное бегство – Игоря в Америку, Даши в Латвию, Сережи с родителями – в Израиль. Семья Певзнеров искромсана. Их история очень рваная, нервная, трагичная, но светлая. Она наполнена любовью, еврейскими анекдотами и надеждой на то, что когда-нибудь мир изменится.

  
  «Однажды, на фронте, ты вырвался из фашистского окружения. Но свои нацисты страшнее чужих: из их окружения ты не выбился»

  8

  67