Рецензия на книгу
Terra nullius
Егана Джаббарова
knigowoman11 ноября 2025 г.В новом романе Еганы Джаббаровой фундук подслушивает истории, вишня вбирает в себя сожаления, базилик темнеет от горечи потерь, хурма смотрит вовнутрь, где на дне остается невысказанное. Пестрым ковром предстает история семьи Еганы, её поиска места в этом мире и того самого ощущения дома.
TERRA NULLIUS
В переводе с латыни означает «ничейная земля». Идеальное место, где каждый обретает голос: живые и мертвые. Текст, как хранилище воспоминаний о любимых, как перебирание четок, где каждая глава, словно бусины, нанизанные на нить, складывается в единый рассказ о желанном доме и сладостной земле.
«Единственное подобие любви, что будет тебе доступно, бесконечное воспоминание».
Роман представляет собой сборник размышлений о доме, памяти, утрате и любви. В нем переплетаются несколько сюжетных линий и голосов. История Фармана, стремящегося сначала вырваться из унылой сельской жизни маленького грузинского села, а затем отчаянно мечтающего вернуться на родную землю. Абдуллы, для которого обжигающая нутро вода стала любимым напитком. Их сестер Фатимы, теплой морской воды и Ситары, металлической шпильки.
И «единственной» Еганы, ищущей свой дом, который можно наполнить собой, как долму, заботиться и любить его. Здесь много рефлексии о детстве, когда мир безопасен, человек просто ещё не знает, как покидают дом, как «тьма способна просочиться сквозь самые крепко закрытые двери», как непросто собрать все нажитое и оставить. Размышлений о женщинах, их силе и способности преодолевать трудности, о любви как способе существования и о связи между жизнью и смертью.
Главный факт об этой книги, по словам самой Еганы, что она написана «в скитаниях, в чужих домах». В Бразилии, Австрии, Германии, Турции, Швеции. Для писательницы само написание книги стало способом выживания, сохранения эмоционального и ментального состояния.
«Может быть, поэтому я оказалась здесь, чтобы научиться этой любви? Где еще учиться любви, как не в доме контейнерного типа с соседями-беженцами?».
Образ дома предстает не только как физическое пространство, но и как символ памяти, идентичности и связи с прошлым. Он раскрывается через призму различных культур: от грузинского села до бакинского кладбища. На страницах оживают впечатления от посещения грузинского дома в селе Земо-Кулари, старого исторического здания суфийского ордена, бакинского кладбища, дома азербайджанского писателя Курбана Саида, дома писательницы Марины Цветаевой, улицы Ханны Арендт.
Для Еганы дом остается местом памяти, где хранятся фотографии и «следы тех, кого ты любишь». Она сама становится хранилищем памяти.
«Если мы не будем помнить, то рано или поздно убьем все живое, легко впав в соблазн, что жить - это быть первым».
Значит, дом внутри. И даже если физически дома нет, всегда есть terra nullius. У Еганы это письмо – пространство для всех её близких и возможность вернуть им голоса. А голоса звучат в тексте через сложное переплетение языковых и культурных нитей. В нем, словно узоры на шелковом ковре, щедро рассыпаны азербайджанские слова, вставки из восточной культуры и литературы. И, конечно же, в тексте много любви — возможности «любить всем сердцем мир даже в самые страшные времена». Именно через призму любящего взгляда мы погружаемся в мир азербайджанской семьи, наполненный ароматами халвы, долмы и плова.
483