Рецензия на книгу

• 

  RenellVails28 октября 2025 г.

  Никколо Макиавелли – выдающийся итальянский мыслитель, историк и писатель. Его высказывания и труды довольно-таки широко цитируются историками и политиками всего мира, которые мне доводилось читать. И в моём представлении сей политический деятель был недостижим, т.е. я бы не рискнула читать его произведения, если бы не совет в Поэтической гостиной. Оказывается, в арсенале у автора есть стихи и поэмы.
  Поэма «Золотой осёл», написанная в 1546 году, погружает читателя в мир животных, которые так похожи на людей, но которые, находясь в звериной шкуре, вовсе не хотели бы стать людьми. А начинается история с побасенки (или побасёнки?) о маленьком хулиганистом мальчике, доводившим «отца и мать до слёз» «по улице гоняя, и сею дурью занят был всерьёз». Решив, что мальчик серьёзно болен, родители потратили кучу денег на докторов в надежде на чудо. Ну а как же иначе? Ведь «учёным словом и учёным платьем Целителя был убеждён отец». И, о чудо, долгожданное исцеление наступило! Но вдруг глаза отрока «куда-то поглядели – и вырвался наш паинька из рук» и в нём «опять заговорил недуг». Мальчик бросил плащ и как с цепи сорвавшись бросился вперед.

  
  «Природу одурачивать — пустое.
  Все ж настоит хозяйка на своем».

  И оказался неслух «в сумрачном бору», где встречается с одной из пастушек, находящихся в услужении у Цирцеи. Она одаривает его неземными ласками, утешает и убеждает не спорить с судьбой:

  
  

  «Вот почему твоя судьба, как зверь,
  Пока лютует. Не перечь ей даром.
  И обольщениям пустым не верь.

  Она лютует в ослепленье яром.
  Покамест не ушла её пора.
  Но будет всё ж конец слезам и карам.

  Настанет час и сменятся ветра.
  Ночь кончится и день начнётся снова.
  И завтра будет лучше, чем вчера».

  А пока отроку предстоит побыть в шкуре осла. Надо сказать, что ослики очень милые, дружелюбные, выносливые и трудолюбивые животные. Они на протяжении тысячелетий делали за людей всю сложную работу, попутно снабжая их ещё ценными ресурсами в виде мяса, молока и шкур. И за всю эту доброту терпят от людей «немало унижений и обид». Неудивительно, что ослики порой проявляют свой норовистый характер. Я бы за такое к себе отношение тоже взбрыкнула.
  Но поэма не об осле, и не о животных, которыми заполнен этот «сумрачный бор», а о людях, которые с упорством осла, отметая ошибки прошлого, творят историю вот уже чуть более двух тысяч лет, перемежая добро и зло.

  
  

  «Ведь сей закон — основа из основ.

  Извечна смена доброго и злого.
  Сперва добру наследовало зло,
  Чтоб злу добро наследовало снова».

  27

  120