Рецензия на книгу

• 

  ne_recenzii27 октября 2025 г.

  Триптих Гэддиса

  основной отрывок из не-рецензии

  Фламандская живопись, искусство подделок, отсылки к мифологии и антропологии, христианство и язычество, в общем, эрудированность Гэддиса бросается сразу. Все в разговорах, на вечеринках, снова в разговорах, и снова на вечеринках. Текст пугает хаосом,но и одновременно впечатляет, хаос тут всего лишь кажущийся. Ибо начнешь распознавать детали внешности и поведения персонажей, как от состояния непонимания и беспомощности переходишь к восхищению Гэддисом и его талантом написать настолько объемный и проработанный до мелочей текст.

  Персонажи в романе в черном не без проблем с головой. Практически все.

  Уайатт Гвайн, сын священника, становится художником. Только вот его оригинальные работы никому не нужны, а потому один арт-мошенник предлагает ему подделывать картины известных старых художников. Уайатт, главный персонаж, если судить по аннотации, пропадает из текста с постоянной периодичностью. Однажды уходит в другую квартиру писать картины и исчезает — что логично, полотна сами себя не подделают. Он появится, и не раз, но узнавать его придется самим: по поведению, речи, обстоятельствам жизни.

  Есть еще Отто, молодой человек-образ, пишущий свою пьесу, записывая при этом интересные, по его мнению, высказывания окружающих. Отто, его пьеса и взаимоотношения с его отцом — одна из весьма интересных сюжетных линий. Хотя в романе все линии шикарные, а как Гэддис их все заплел/переплел: я в восторге!

  Из остальных героев романа в черном зацепил еще Стэнли — набожный композитор органной музыки, который в попытках сочинить свой реквием до последнего бережет стопку новой нотной бумаги, ибо только законченный шедевр ее достоин. Ох, друг, понимаю твой перфекционизм!

  Остальные живущие/проживающие свои жизни в тексте, возникающие то тут, то там персонажи тоже те еще личности: вмешиваются, перебивают, не слушают, говорят лишь бы говорить. Историю каждого можно проследить, через разговоры, разумеется. Главное — их не забывать [я пару раз забывала].

  Если думаете, что вас это пугает, не думайте.

  Выстраивать. Вникать. РАСПОЗНАВАТЬ.

  И текст в черном не будет отпугивать так, как кажется.

  Здесь очень удачное место возразить Джонатану Франзену, который написал эссе о Гэддисе, назвав его «Мистер Сложный». Ох, Франзен, дорогой, Гэддис может и сложный, но читать его было удовольствием. Хотя и сам Гэддис проговаривается в «Распознаваниях», что пишет для небольшой аудитории.

  
  — Господи, Уилли, ты пьян. Либо пишешь для очень маленькой аудитории.

  И все же можно было обойтись без навешивания ярлыков сложности. Когда бы еще я узнала о фламандских художниках, техниках подделок и о том, как в тексте можно воплотить манеру живописи.

  Спокойно, вам необязательно знать и разбираться в живописи: ловушка многих текстов подобных «Распознаваниям» в том, что узнать что-то захочется во время чтения и после. Читаешь, не понимаешь, читаешь, и вот ты уже всматриваешься в картины ван Эйка, ван дер Гуса, Иеронима Босха и других. Босх так вообще в один момент мистическим образом меня окружил.

  Пишу, а к сути романа даже не приступила. Написать о ненужности оригинальных шедевров и якобы ценности идеальных подделок? О выстраивании образа, не отражающего собственной личности? О попытках не замечать внутренних пороков? О поверхностной богеме и подобном поверхностном образе жизни? В романе жизнь с искусством и страданиями, напускными и неподдельными.

  8

  314