Рецензия на книгу

• 

  Tsumiki_Miniwa20 октября 2025 г.

  Десерт не на любой вкус

  Растворяющийся в багрянце и золоте октябрь одарил желанием читать классику, которым пренебрегать я не стала, и потому, покинув зачумленный Оран Альбера Камю, решила нанести визит миссис Дэллоуэй. С Вирджинией Вулф я также была знакома давно и весьма поверхностно, в студенческую бытность ее виртуозное владение приемом «поток сознания» не произвело на меня впечатления и поэтому ныне, когда времени на вдумчивое чтение и читательского терпения стало больше, вернуться к ней было любопытно. И, доложу вам, получила я прекрасный опыт повторного знакомства, ибо то, что лет эдак пятнадцать назад утомило и заставило скучать, теперь восхитило. Все познается в сравнении.

  Клариссе Дэллоуэй, жене Ричарда Дэллоуэя, видного члена парламента, чуть за пятьдесят, и всякий, обладающий хоть каплей воображения, обнаружил бы в ней сходство с птичкой. Легонькая, живая, что та сойка в Риджентс-парке, она порхает по жизни и после недавно перенесенной болезни чувствует себя бесконечно юной и одновременно невыразимо древней. Суетная, она слишком печется о положении, ранге и успехе, регулярно устраивает приемы, но при этом не забывает радоваться красоте, дружбе и тому восхищению, что еще способна вызвать в окружающих. Вокруг нее толчется бездна всякого нудного люда, но нет-нет и вынырнет вдруг поразительный человек: то художник, то писатель - залетные птицы в среде карьеристов и стареющих светских сплетниц. Кларисса искренне верит, что единственный ее дар - чувствовать, почти угадывать людей, хотя ее дочь Элизабет скорее раскроет душу перед нищей богомолкой, нежели перед собственной матерью.
  Миссис Дэллоуэй любит жизнь так, как может далеко не каждый: во всем объеме красок и звуков. Она как нож все проходит насквозь; одновременно она вовне, наблюдает. Взгляды прохожих, качание, шорох, шелест, грохот, клекот, рев автобусов и машин, шарканье ходячих реклам, духовой оркестр, стон шарманки и поверх всего странно тоненький взвизг аэроплана, - по дороге к лавке цветочницы решительно все приводит ее в восторг. Прогуливаясь по Бонд-стрит, Кларисса невольно обращается к прошлому, вспоминает, что на днях из Индии вернется Питер Уолш, ее бывший поклонник, и вновь мысленно убеждает себя в том, что сделала верный выбор между статусом и чувством, приняв предложение Ричарда. Вот только в минуту сомнений она то и дело задается вопросом: «Что сказал бы Питер, если бы был сейчас тут?» Годы разлуки не вытравили из памяти ни его фразы, ни его глаза, ни улыбку, ни брюзжанье, ни вечный перочинный ножик в руке… Вспомнится ей и Салли Сетон, с которой некогда случились совершенно особенные романтические отношения. Рядом с Клариссой читатель проведет весь день, включая очередной прием, но привязанным, как на веревочке, не станет.
  Не только беспокойное море переживаний миссис Дэллоуэй стремилась изобразить Вирджиния Вулф. На страницах ее романа царит июнь 1923 года, недавно отгремела Первая мировая война, и домой возвращаются те, чье бытие и помыслы не имеют ничего общего с размеренным существованием стареющей дивы. Среди прочих и молодой ветеран войны - Септимус Уоррен Смит - который тоже оказывается на Бонд-стрит со своей женой Лукрецией. Септимус страдает от ПТСР и суета улицы, в которую Кларисса погружается с удовольствием, пугает его и навевает страшные воспоминания. Сколь скоро война сделала из Септимуса героя, столь же скоро отобрала лучшего друга и способность чувствовать. Автор не делает исключений и в его голову неподготовленный читатель попадает тоже, выпивая переживания, страхи и отчаяние молодого человека до донышка.
  «Миссис Дэллоуэй» - очевидно, десерт не на любой вкус. Не всякий читатель любит, когда автор злоупотребляет даже простыми прыжками между книжными локациями, здесь же он будет вынужден скакать как загнанная лошадь не только между миром внутренним и внешним, но и частенько переключаться между персонажами. Погружаться в поток сознания многих: и Клариссы Дэллоуэй, и ее мужа Ричарда, и Септимуса Уоррен-Смита, и его жены Лукреции, и Питера Уолша, и юной Элизабет, и куда более мелких сошек - от мисс Килман до гостей, а то и слуг на вечернем приеме. Даром что улицы полны калек, светская жизнь продолжается… При этом момент «переключения» предугадать почти невозможно, а потому и надеяться на расслабленное чтение не стоит. Зато такая повествовательная техника отлично раскрывает внутренний мир героев, погружает в их переживания и воспоминания, показывает и контрасты жизни, и связь времен, и даже демонстрирует то удивительное влияние, что окажет история Септимуса на миссис Дэллоуэй. Жаждущий читатель обнаружит в романе и тонко выписанную феминистическую линию. Будет сложно - будет красиво.

  Друзья-читатели знают, как сильно я люблю стилистически изящные, необычные тексты. Покорил меня и роман Вирджинии Вулф. Только, увы, не поднимается рука поставить высший балл книге без четкого сюжета и без внятного финала. Она похожа на альбом зарисовок из жизни нескольких, непохожих друг на друга людей и не может похвастаться выверенной структурой и интригой, но это опять же никак не влияет на мое желание познакомиться и с другими романами автора. И потом… всегда любопытно сравнить впечатления и посредством чтения книг передать привет прежней версии себя. Опыт, достойный повторения.

  
  Она сентиментальна — действительно. Потому что она поняла: единственное, о чем надо говорить, — наши чувства. Все эти умничания — вздор. Просто что чувствуешь, то и надо говорить.

  102

  2,2K