Рецензия на книгу

• 

  thymetea11 октября 2025 г.

  Психотравма, сросшаяся с пороком

  Нерадостная и неоднозначная психологическая семейная сага, отсылающая к моим обожаемым "Маленьким женщинам". Здесь не напрямую копируются из оригинала и вставляются с заметными увечьями в современность знаменитые персонажи; здесь угадываются знакомые типажи и их черты. А самая яркая героиня исходного романа наделяет своими чертами сразу двоих персонажей того, который я сейчас здесь обсуждаю. Но все герои, - и "маленькие женщины", и "Лори", - далеко не идеальны, как и отношения между ними. Их жизни и отношения пронизаны долгой горечью потерь, разочарования, одиночества рядом с чужими по духу людьми.

  Уильям, нелюбимый, словно не нужный после смерти своей старшей сестры ребёнок, так и не сумел установить правильные отношения с родителями. Те считали альфой и омегой воспитания материальное обеспечение своего нелюбимого сына, совершенно естественно решив пренебречь установлением хоть сколько-нибудь тесного контакта. Уильям, совершенно одинокий, изучает историю в университете, играет в баскетбол, который ещё в школе стал его отдушиной. У него появляется близкий друг Кент, противоположный ему — быстрый, лёгкий афроамериканец, счастливый экстраверт, изучающий медицину. Также Уильям встречает здесь свою первую любовь — студентку факультета психологии Джулию Падавано, умную, решительную, весьма властную девушку из бедного чикагского района. Джулия знакомит его со своей большой, яркой семьёй: матерью Розой, трудолюбивой и усталой, отцом Чарли, посредственным работником мебельной фабрики, пьяницей и любителем поэзии, сёстрами — "книжной", чудаковатой Сильвией, доброй, отзывчивой Эммелин и её двойняшкой, несколько взбалмошной, непредсказуемой художницей Цецилией. Сёстры Падавано ещё в детстве выбрали себе аналогов из "Маленьких женщин", но черты оригинальных героинь распределяются между персонажами Энн Наполитано в весьма произвольном порядке. Любовь между Уильямом и Джулией закономерно закрепляется свадьбой, но их семейное счастье будет недолгим... И виной всему отчасти — охапки старых травм, причиняемых отцами детям, мужьями — жёнам, сёстрами — сёстрам...

  "Привет, красавица!" написана в духе современной популярной психологии и современной же повестки. А беда художественного изображения этих явлений современности в том, что они подаются бескомпромиссно, прямолинейно и клишейно, что непременно уродует произведение. Выбор себя, неспасательство, психическое здоровье и прочее — дело хорошее, но ведь можно обыграть, назвать, описать их другими словами? Когда в миллиардный раз читаешь эти сочетания слов, складывается впечатление, что просто читаешь цикл статей одного из современных женских блогов про психологию и феминизм. Ничем не примечательный стиль романа такое впечатление укрепляет. Также меня раздражала ещё одна повестка — однополая. Среди неровных, несчастных, неприятных гетеро-отношений есть одна идеальная арка настоящей любви без сучка и без задоринки — отношения между двумя женщинами. Героини живут душа в душу, пока жёны с мужьями ссорятся, изливают друг на друга недовольство, пока мужья предают жён, а сестра ради мужчины предаёт другую сестру. И не упоминается в качестве антитезы ни одна пара других женщин, где живут по-другому. Выглядит, словно гетеро-отношения — ненадёжность, предательство, подлость и зло, а однополые отношения между женщинами — истинное благо. Чем не реклама? Но, пожалуй, хуже вышеперечисленного только весьма спорная точка зрения автора, с которой она рассказывает историю каждого персонажа.

  Персонажи, к слову, за исключением Уильяма и Сильвии, может быть, Розы Падавано, довольно скучные и будто незавершённые, набросанные. Роза — неутомимая, вся в трудах и без времени, мать семейства. Но, в отличие от "Маленьких женщин", к которым "Привет, красавица!" отсылает, Роза вовсе лишена стойкого оптимизма и внимательности к дочерям, которые отличали Маргарет Марч. Роза Падавано разочарована во всём — в браке, в муже, в жизни; позднее разочаруется и в своих дочерях. Всем сестрам, как говорится, по серьгам раздала; каждой из девочек Падавано досталось своё обидное слово, своя претензия, ведь на каждую был возложен груз материнских ожиданий, и ни одна его не вынесла — за всех ей стыдно. Словно устав от своей горькой доли, Роза в один момент бросает свою семью, и этот момент оказывается для семьи очень тяжёлым. Словом, предаёт Роза свою семью. Уильям и Сильвияинтересны своей неположительностью и как раз сомнительной подачей Энн Наполитано, но о них чуть позже. Остальные персонажи только значатся здесь как правдоподобные, часто встречаемые типажи, с которыми нам не дано познакомиться поближе, как с людьми. Чарли— как и в "Маленьких женщинах", отсутствующий отец, но по-другому. Если мистер Марч был капелланом на войне, Чарли Падавано прячется от жизни. Ни шатко ни валко работая за копейки на фабрике своего брата, он прячется от жизни в стакане и в "Листьях травы". Их брак больно искрит разочарованием, претензиями, и эти искры ранят дочерей. Джулия — решительная, прямолинейная, бескомпромиссная, властная, красивая. Красивая, как Мэг, волевая, как Джо. Собственно, в их с Уильямом отношениях именно Джулия решает всё — от женитьбы до рождения ребёнка по своему желанию. После разрыва Джулия быстро приходит в себя, строит свою жизнь, больше не доверяет мужчинам и воплощает в себе girl power. Правда, жизнь своей дочери Алисе надламывает своей бескомпромиссной горечью, а потом удивляется, почему эта девушка в свои двадцать пять только редактирует книги за гроши и не имеет никакой личной жизни, кроме подруги и просмотров фильмов с матерью. Эмелин — бесконечно добрая, светлая, отзывчивая женщина, воспитательница детского сада. Как и Бет, она не от мира сего, даже немного отрезанная от обычных людей, но эту отдельность автор решила выразить её бесплодием (при жажде материнства) и любовью к женщине. Цецилия — эксцентричная, взбалмошная художница, первой из сестёр разочаровавшая свою мать, когда в семнадцать лет родила свою дочь Иззи. Сама Иззи только приветливо разговаривает с родственниками, живёт с парнем и, кроме Сильвии, может быть, самая счастливая из Падавано.

  Уильям подаётся как надломленный носитель клинической депрессии, заполнившей рану, которую нанесли его родители. Однако к его психическому недугу примешивается изрядная доля его мужской трусости, побуждающей сбежать от слишком рано взятой на себя ответственности. Уильям всего-то хотел быть любимым, каким не был в своей родной семье, которая даже на свадьбу прислала один сухой чек на десять тысяч долларов. Он всего-то хотел погреться в любви красивой девушки и в шумной теплоте семьи Падавано, а не взваливать на себя заботы о Джулии и ребёнке, которого он не хотел. Гордость превыше нужд созданной им семьи. Со временем его начинает пугать не скандальная, но железобетонная властность Джулии, склонной единолично принимать судьбоносные для обоих решения. Но какая бы причина не стояла за поступком Уильяма, подлостью и жестокостью он быть не перестаёт. Он решительно отказывается от ответственности и ничтоже сумняшеся начинает новую жизнь — без Джулии, Алисы, надоевшего преподавания истории. Как ни странно, со своим диагнозом Уильям выбирает новую, более сложную и ответственную сферу деятельности, - физиотерапию, - и новую жену — Сильвию. Джулия ждала от Уильяма ответственности, последовательности, мужественности; Сильвия нашла в Уильяме ту самую большую любовь, которую ждала всю жизнь. Она рада подсказывать ему, когда пить таблетки, следит за режимом дня, подбадривает и восхищается, не требуя от него ничего взамен. Во второй жене Уильям обрёл мать, которой у него по сути не было. И больше у него не было никаких детей, которых он не хотел. Да, несильные мужчины имеют право на счастье. Только арка Уильяма, жестоко и подло разрушившего доверие Джулии к мужчинам и лишившего отца Алису, как бы сочувственно и мягко она ни описывалась, с душком.

  Сильвия любила разговоры с отцом, который её понимал, "Листья травы", книги и свою мечту о большой любви. Ради этой мечты, которую затем правильно определят боязнью настоящей жизни, Сильвия бережёт себя и совершенно не бережёт свою репутацию, целуясь с разными парнями за стеллажами библиотеки, где она работает. В детстве и ранней она была очень близка с Джулией. В молодости Сильвия стала женой её бывшего мужа. Сестринское единение душ разрушилось из-за мужчины. Большая любовь нашлась в лице Уильяма, выразилась в беззаветном служении ему ценой предательства самого близкого человека, которому, простите за каламбур, Сильвия была самым близким человеком. Большая любовь стоила того, чтобы всадить нож в спину собственной сестре. Однако много лет спустя, думая о сестре, Джулия придёт к выводу, что в их игре в "Маленьких женщин" Сильвия была Бет. Отчасти это верно: Сильвия очень странная. Но Бет не была способна на предательство.

  В этой психологической драме у всех участников действия логичные психологические увечья, и поступки могут ими объясняться. Но, к сожалению, у них есть и нравственные увечья, которые объясняются, - выходя за грань оправдания, - психологическими травмами и психическими болезнями. Повесточные клише и ничем не примечательный стиль изложения не красят эту грустную историю. "Привет, красавица" не западает в душу, а по прочтении последней строки вызывает только удовлетворение — удовлетворение от очередного выполненного дела.

  Содержит спойлерыОткрыть

  6

  341