Рецензия на книгу
Смысл жизни
Семён Франк
chernyakdarya10 октября 2025 г.Философская книга, в которой нет...
...никаких разорванных помолвок, похождений шишковидной железы, карликов на плечах великанов, стражей бытия, нужд богов и странных выводов о том, что прекрасное трудно. Это, конечно, повод не считать Франка «подлинным» философом, зато хорошая причина прочесть его книгу.
Книга возникла как продолжение книги Франка с говорящим названием «Крушение кумиров». В первой части книги автор задаётся вопросом о том есть ли у жизни смысл или она бессмысленна. Сокрушив кумиры революции, политики, культуры и «нравственного идеализма» в предыдущем труде, Франк тревожно задаёт «проклятые вопросы», не пытаясь от них отмахнуться. Время бесед на основе которых сложилась книга — после русской революции 1917 года, место — русская эмиграция. Потерявшие почти в буквальном смысле слова почву под ногами, русские интеллигенты и студенческая молодежь оказались в странном положении: всё что наполняло их жизнь — величие ли родины, спасение ли бедствующих, любой практический смысл жизни утёк как песок сквозь пальцы. Люди оказались бедными не только физически, но и душевно, но и духовно. При этом вопрос: «Что делать?» никуда не делся, потому что сущность человека такова, что он мечется и ищет, что он хочет спасти себя и, по возможности, других. Франк приходит к выводу, что
единственное человеческое дело только в том и состоит, чтобы вне всяких частных, земных дел искать и найти смысл жизни
И вопрос «Что делать?» вне осмысления жизни остаётся пустым. 3 глава книги посвящена условиям и возможностям нахождения смысла жизни. Франк сближает понятия смысла и разумности и приходит к выводу о необходимой целесообразности жизни. Жизнь должна быть «разумна в себе как таковая». Простое сохранение эмпирической жизни не может быть осмысленным, потому что не имеет в себе этой разумности. Значит разумности и осмысленности надо искать не внутри жизни, а снаружи. И таким смыслом может стать служение Высшему и Абсолютному благу — это объективная сторона вопроса. Но такое служение не может быть смыслом жизни, если оно не приносит блага и осмысленности каждому отдельному человеку. Ведь если я служу объективному благу, но это никак не отражается на моей личной жизни, то я становлюсь всего лишь слепым орудием и тогда моя личная жизнь никакого смысла не имеет. И это субъективная сторона вопроса. Далее, смысл жизни должен быть вне времени, он должен быть вечным. Наша эмпирическая жизнь преходяща, наш удел — смерть, и это лишает нашу жизнь какого-либо смысла, потому что если я не принадлежу вечности, то я могу быть причастна чему-то Великому и Абсолютному только частично и временно. Итак, смысл жизни — это Вечное, Абсолютное, Высшее благо, которому человек служит, но одновременно обладает им, оно пронизывает и осмысляет жизнь человека, приобщая его Себе. Однако, наша эмпирическая жизнь, наш земной опыт снова и снова уверяет нас в том, что жизнь бессмысленна. Человек не свободен, а подчиняется законам материального мира. Жизнь скоротечна, наслаждения неутолимы, аскеза сама по себе ни к чему не ведёт, высокого призвания у каждого отдельного человека нет и не может быть, любая гармония иллюзорна, человек всего лишь песчинка на бесконечных просторах космоса, и всё суета. За прогрессом идет к регресс, все, что живёт когда-то умирает. Но где-то в глубине души живёт тоска о вечном и непреходящем. Только ли на эмпирических данных или на этой тоске можно построить ответ на вопрос о смысле или бессмысленности жизни? Всё-таки нет. Сама возможность задавать вопрос о смысле жизни уже указывает на то, что мы существа разумные, а значит наша жизнь разумна и может быть разумно осмысленна. Но мы уже выяснили, что в эмпирической жизни мы никакого Высшего блага не находим. Но даже если мы песчинки бесконечного космоса, то мы разумны, осознавая собственную смертность, мы возвышаемся над миром, в лице этого знания мы миру уже не принадлежим. И значит существует над-мирное Знание, значит существует Высшая Вечная и Бесконечная Истина, не принадлежащая этому миру и мы в своём знании уже Ей причастны, вернее даже так: это Истина озаряет нас и дарует нам знание. И тут Франк подходит к онтологическому доказательству бытия Бога. Оно было сформулировано в Средние века Ансельмом Кентерберийским, затем опровергнуто Кантом, затем опровержение Канта переопровергли, а данное переопровержение ещё неоднократно переперепереопровергли. У Франка ничего этого нет, не пугайтесь, это я, по старой памяти, залезла в учебник по философии, а потом ещё долго рыскала в попытках докопаться до сути. И вот в этом поиске меня настигла мысль: Авраам, Исаак и Иаков (а Бог, как известно есть Бог Авраама, Исаака и Иакова), такой ерундой не занимались. И вуаля: довольно быстро сам Франк приводит золотое и неопровержимое, с моей точки зрения, доказательство бытия Бога, которое я называю доказательством от опыта. Потому что кто бы и что бы не доказывал человеку встретившему Христа, в глубине души и сердца, Святым Духом человек всегда будет знать (не просто верить): Путь, Истину и Жизнь. Докопавшись до Истины Франк очень интересно, но полностью в духе традиции, разворачивает своё рассуждение от рациональных поисков к подвигу и деятельности. И вот, несколько глав назад уйдя от вопроса «Что делать?», Франк приходит к осуществлению смысла через действие. Но действие это не в эмпирической жизни, и не великое дело спасение таких же погибших, как ты сам, но возрождение, воскрешение человека во Христе через несение собственного креста. В 7 главе Франк говорит о субстанциальности добра, о том, что служение Высшему благу должно быть в добывании этого добра. Добывание добра, своего рода производительный духовный труд, поэтому аскетическая и молитвенная жизнь должны быть фундаментом жизни человека. Однако человек только приготавливает почву, произрастание добра зависит от Бога. Это обоюдный процесс, соработничество Бога и человека приобщает человека Богу и вечности — так в смысле жизни реализуются объективный, субъективный и вневременный аспекты.
«Единственное дело, осмысляющее жизнь и потому имеющее для человека абсолютный смысл, есть, следовательно, не что иное, как действенное соучастие в Богочеловеческой жизни»
В последней главе Франк рассматривает различия между духовным деланием мирянина и подвижника-монаха. На первый взгляд может показаться, что вся книга в целом просто повторяет истины Священного Писания, однако здесь я вижу всё-таки преломление этих истин в призме философского знания. Самое главное, что уникальный опыт автора, его систематическое мышление, хоть и не выстраивают новый дискурс (в чем нет необходимости), но для христиан показывают такие аспекты осмысления жизни на которые, возможно, мало обращают внимания. А для людей ещё не воцерковлённых, но только ищущих, дают не просто повод задуматься, но развёрнутое, последовательное исследование вопроса о смысле жизни с однозначными выводами и призывом продолжения поиска уже в сферах Духа.883