Рецензия на книгу

• 

  little_mint_forest9 октября 2025 г.

  Описание на обложке придало произведению смысл, который в него никогда не вкладывался, и отвело взгляд от проблем, поднимаемых в тексте

  Начнем с моей основной претензии. В описании к истории вроде бы спокойно говорится о том, что героиня врала о своей беременности, но в конце идут следующие любопытные слова: «Остается только один вопрос: действительно ли беременна госпожа Сибата? Или нет? Наступает сороковая неделя беременности...» Издательство, видимо, очень хотело заинтриговать читателей, чтобы книга лучше продавалась, но получилась очередная история о том, как в произведение, руками уже совсем других людей, вкладывается смысл, которого писательница совсем не подразумевала. Изначально эта была история, изобличающая отношение мужчин к женщинам, о том, как тяжело дается беременность, но в итоге она заслужила лишь отношение из категории: «Я не поняла, она все-таки беременна или нет?». Она не беременна. Об этом говорится в самом начале, на моменте, когда Сибата не захотела в очередной раз исполнять не свою работу и разносить мужчинам кофе.

  
  «— Я беременна. От запаха кофе меня сильно тошнит. <...>
  Вот так я и забеременела.
  В отделе кадров меня спросили, когда ребенок появится на свет, и я ответила первое, что пришло на ум, — в середине мая».

  Теперь могу со спокойной душой выразить свои впечатления от книги. Она мне понравилась. Меня радует возрастающая популярность азиатской женской прозы, когда женщинам из, как правило, очень патриархальных стран дают возможность выразить свои переживания, поделиться ими с другими женщинами и показать, что они не одиноки в своих страхах, своей неуверенности, в своем ощущении несправедливости происходящего. Это произведение напомнило «Человека-комбини» авторства Мураты Саяки — о женщине, которая не вписывается в общество, но которую упорно пытаются в него вписать, навесив стандартные для ее пола ожидания.
  

  «Дневник пустоты» — это история, которая хорошо показывает, как женщину сначала всячески принижают, но едва звучит весть о беременности — в стране с демографическим кризисом, — и ее начинают превозносить. Сибата — типичный пример женщины, которой не дают делать свою работу без того, чтобы не пришлось на рабочем же месте исполнять обязанности жены и домработницы. Она, будучи единственной женщиной в коллективе, готовила кофе, приносила каждому еду, мыла холодильник, убирала общее ведро с мусором, меняла краску в принтере — и за это ей не платили. Как и за любой домашний труд, если бы она была женой и матерью. При этом мужчины без проблем обслуживали себя, но отказывались обслуживать других и распределять обязанности поровну.

  
  «Еще я готовила кофе. Заваривала и приносила кофе каждому клиенту. Растворимый кофе может сделать каждый. Я часто вижу, как другие сотрудники сами заваривают себе кофе и пьют его из собственных кружек. Но вот странно — когда приходили клиенты, все начисто забывали, как налить кипяток в чашку. Только с недовольством смотрели на меня. Если я была занята работой, то в мою сторону неслось: "Эй, кофе..." А я и не кофе тоже».

  Да, трудно понять, насколько все плохо у других, когда у самих все лучше, но факт остается фактом: женщины в Японии так и остаются обслуживающим персоналом, даже в рабочей среде. И в книге это прекрасно раскрывается. Сибата не глупая и не странная — она просто нашла выход из своего положения, пусть и не самый стандартный. Хочешь, чтобы к тебе относились лучше? Тогда забеременей. После тебе разрешат не перерабатывать, будут уступать место в общественном транспорте, с пониманием отнесутся к нежеланию бесконечно выносить мусор и заваривать кофе. В конце концов, женщина ведь теперь не просто женщина — она будущая мать, поэтому не стоит ее нагружать делами. За всем этим кроется одна очень неприятная правда: в большинстве случаев жизнь женщины имеет какую-то ценность только тогда, когда она может выносить ребенка. Именно благодаря своей лжи Сибата смогла пожить в лучших и менее унизительных условиях: стала ездить домой раньше, гулять, смотреть фильмы, обращать внимание на жизнь вокруг — делать все то, что не могла позволить себе годами. И, как следует из истории, пока ее то жалели, то безжалостно порицали за спиной за отсутствие мужа, она смогла отдохнуть именно благодаря тому, что его у нее никогда не было. В конце концов, ей не приходилось возвращаться домой с работы и, пересиливая недомогание, готовить ужин, убирать в доме, обслуживать мужчину, который вроде заботится о ней из-за беременности, а вроде и не стремится взять на себя часть обязанностей.
  

  Важна не только история Сибаты — она также является проводницей в жизни других беременных женщин, об историях которых мы узнаем после того, как она решает начать ходить на занятия аэробикой. Все они иллюстрируют случаи пренебрежительного отношения, неявного насилия со стороны мужчин. Одна женщина приносит туда сладости, потому что мужу не нравится то, что она их ест, из-за чего это можно сделать только вне дома. Другая женщина рассказывает о том, что купила стетоскоп, потому что ее муж не хотел ходить с ней на приемы к врачу, и это единственный способ попросить его послушать сердцебиение собственного ребенка. У третьей муж был участливым и любящим ровно до тех пор, пока она не родила. Ее монолог в книге — это мысли большинства женщин, которые после рождения ребенка вынуждены растить его самостоятельно, жить в изоляции и хвалить мужа за единичные порывы сделать что-то для своей семьи.

  
  «Знаю, рожать — удел женщин, но почему и после родов тянуть лямку продолжаем мы? Ладно, грудное вскармливание наша задача, но в остальном мы с мужчинами должны быть на равных, верно? Не надо мне повторять, что за день стать отцом не получится, — ты стал отцом еще десять месяцев назад! Это тебе не школьная экскурсия! Тебе работать надо, говоришь? Так у меня тоже есть работа — ну, вернее, была. Может, зарплата ниже твоей, но почему отпуск беру именно я и альтернатива даже не обсуждается? Я не требую сразу бросить работу. Просто можешь ты хоть допустить вероятность того, что ты будешь сидеть с ребенком, а я работать? Почему я должна всю жизнь испытывать благодарность, если ты один раз поменял подгузник? Тебе не приходило в голову, что я тоже устаю? Ну, даже если приходило, то ты все легко себе объясняешь — таково уж материнство. Думаешь, муж меня поддерживает? Мой муж, крепко спящий в двадцати сантиметрах от меня, не ближе мне, чем какой-нибудь политик в телевизоре или, не знаю, бездомная собака в Бразилии. С ним я чувствую себя более одинокой, чем наедине с собой».

  Не хочется читать о жизнях обычных женщин, так всегда можно в этом же произведении почитать о жизни Девы Марии, которую называют не Марией, а Богородицей, будто весь смысл ее жизни и единственное ее достижение было в том, что она родила Иисуса Христа:

  
  «Узнав о своей беременности, ты наверняка испытала шок, зато теперь день рождения твоего ребенка празднуют во всем мире. А очень многих людей спасла вера в тебя и твое дитя. Впрочем, немного странно, что тебя так и называют Пресвятой Богородицей, словно материнство твоя единственная заслуга. Слушай, у тебя было хобби? Может, тебе нравился ка-кой-нибудь певец? Как ты снимала стресс? Наверное, не очень приятно, что тебя называют Богородицей, даже когда сын уже вырос, а потом его еще и распяли... Но я надеюсь, что ты сама себя называла по имени и находила время на сон, увлечения и все такое».

  Эти женщины выбрали себе плохих мужей? Так как это можно понять раньше переломного момента? Эта книга состоит из 10% вымысла и 90% фактов, подтвержденных историями сотен тысяч женщин, которые надеялись на одно и получили совсем другое, а теперь молчат, потому что боятся общественного осуждения. Для кого-то такие произведения — одна из немногих возможностей понять, что это не с ними что-то не так, раз они не хотят жить свою жизнь, курсируя между кухней, спальней и детским садом и школой. Вопрос был не в том, беременна Сибата или нет. Он был в том, нормально ли для женщин жить так, будто их удел — быть для кого-то прислугой и рожать детей. Ответ на него нужно найти, исходя из собственных желаний, а желаний общества.
  

  7

  72