The Only One Left
Riley Sager
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Riley Sager
0
(0)

«Но Hope's End — это не дом. Это клетка, построенная из секретов.»
Если вам по душе таинственные истории с криминальным содержанием, в которых тайны, ложь и злодеяния прошлого и настоящего сплелись в один запутанный узел, то роман «Останется только один» (англ. The Only One Left), написанный в 2023 году Райли Сейгером (наст. имя Тодд Риттер), возможно, придётся по вкусу.
С занимательно-развлекательной точки зрения, по-моему, этот готический триллер даже лучше переведённых на русский (на сегодняшний день) романов этого писателя. Есть, конечно, некоторые шероховатости — не всё гладко, но в целом для читателя массовой развлекательной литературы это то, что надо: можно отдохнуть, забыв про домашнюю рутину и тому подобное, т. е. забить на всё и погрузиться в книжку.
**
Как только можно было поименовать дом, похожий на замок, «Концом надежды» / «Хоупс-Энд» / «Hope's End»? Это всё равно что «Оставь надежды всяк сюда входящий». Но, судя по всему, так оно и есть. С мрачного названия огромного, трехэтажного, старинного и пришедшего в сильный упадок особняка в викторианском стиле, 1913 года постройки на скалах, прямо нависающих над бездной с беснующимися волнами океана, начинается этот готический триллер на современный лад Райли Сейгера — «Останется только один» / «The Only One Left» (2023).
Безысходность: выхода нет… Здаётся, что это и есть лейтмотив триллера, который я решилась прочитать. Мрачно. Тяжело. Зачем мы такое берёмся читать? Потому что надеемся, что всё будет хорошо: нам нужен катарсис… Вот и я, как главная героиня романа, 31-летняя мисс Кит (сокр. от Киттредж) Макдир,
«Сохраняя эту мысль в сердце, я глубоко вдыхаю, перешагиваю через порог и позволяю Концу Надежды захватить меня целиком.»
Райли Сейгер — стреляный воробей в жанре психологический триллер. Леденящих душу историй он не пишет, но завернуть сюжет замысловатым образом — это испытанный и надёжный конёк Райли. Он мастер создания жутковатой атмосферы; умело и естественно нагнетает тревожность по мере повествования, в соответствии с развитием сюжета. Особенно чётко это ему удаётся в «Останется только один» с помощью описания клонящегося к грохочущему океану под свирепое завывание ветра «Конца Надежды». Саспенс. Когда-то, в конце концов, рухнет этот старый, кичливый монстр с осыпающейся черепицей и паутиной угрожающих трещин в пучину волн.
Прекрасно, когда архитектурный объект предстаёт как самостоятельный литературный персонаж. Известный приём. Но тем не менее примечательный.
Главные герои и персонажи немолоды. Под стать старинному особняку. Но не такие уж и древние. Главная героиня, история которой легла в основу сюжета, 71-летняя женщина. Но не всегда же она была такой! Автор будет возвращать нас на 54 года назад, когда она была совсем юной девушкой.
Кроме Леноры Хоуп и других под стать ей возрастных персонажей, есть и молодёжь. Например, Кит (Кит-Кат) Макдир — новая сиделка Леноры, 31-летняя девушка. Она будет вносить свою лепту в распутывание детективной сюжетной линии.
Такое смешивание людей разных возрастных категорий размывает границы между возрастами. Идея показать ЕДИНЕНИЕ людей вне зависимости от возраста мне показалась особенно привлекательной, потому что Сейгер делает это красиво и изящно. С любовью. Особенно под конец романа.
Персонажей много. И у каждого из них есть свои скелеты в шкафу. Вот о них-то, беспокойных скелетах, и будет «расследование» Райли Сейгера: никто не скроется от его пристального и въедливого взгляда. Любите про тайны и «грязное бельё»? — Тогда вам сюда. Здесь психологии больше, чем ужасов.
В романе две временные локации: 1929 год, когда была совершена беспрецедентная, кровавая семейная резня в богатом и влиятельном семействе Хоупов с одновременными родами их дочери, 17-летней девушки. Роды несовершеннолетней для того времени в США — первый случай. И второй временной период — 1983 год. Это история Кит Макдир, за плечами которой серьёзная врачебная ошибка с трагическими последствиями для её собственной матери.
Обе женщины: Ленора и Кит и виноваты, и не виноваты одновременно. В этом интрига романа «Останется только один». Тайные и невероятно запутанные истории. Распутать их не представлялось бы возможным ни за что и никогда, если бы не роковые стечения обстоятельств. А поскольку случайностей не бывает, то … Мы можем только надеяться, что нам расскажут всё.
Представить невозможно, какую сногсшибательную конструкцию из секретов, тайн, обманов, правды и полуправды соорудил Сейгер! Верить никому нельзя: врут все. Недобросовестные рассказчики. Подозреваются все!! Прошлое проникает в настоящее. Сложно. Страшно. Опасно. Никто ничего подобного даже вообразить бы не смог.
Роман довольно-таки объёмный, чтобы читатель успел проникнуться трагичностью невероятного сюжета. Главы длинные, что заставляет не отрываться от чтения. К тому же в напряжении держит тайна, что же на самом деле произошло в ночь убийства: вторник, 29 октября 1929 года. Никаких улик для доказательства виновности Леноры Хоуп нет… Всё держится лишь на словах.
Райли Сейгер — признанный мастер сюжетных поворотов. Они возникают в самый нужный момент. И глаза на лоб полезут, и челюсть отвиснет не один раз, читая книгу. Я такое люблю. Можно только порадоваться авторской изобретательности, которая вовсе не оторвана от жизни. Чего только в ней не случается? А вот так, чтобы с перчиком да огоньком — это только книге подвластно: на посиделках так не расскажешь.
А персонажи — живые, видимые, благодаря чётким деталям и ясным описаниям. Особенно мне импонирует неоднозначность и многогранность его героев, в которых уживаются и добро, и зло. Любой из них мог бы оказаться преступником. А Ленора — это вообще вишенка на торте!! Хотя было понятно, что автор из этой героини сделает нечто — «пальчики оближешь»! И это вовсе не будет, как гром среди ясного неба. Что особенно приятно. Лично я не верила в её виновность, так же как и в невиновность. А разве автор не этого добивался? Ему всё удалось.
В общем, захватывающее чтение. На мой вкус.
Капельку дёгтя в бочку мёда. Когда сюжетных поворотов много, то автор может и не уследить за правдоподобностью некоторых из них. Или даже одного единственного. И тогда может возникнуть, так называемый, косяк. Например, разнорабочему Рикардо Мэйхью было 16 лет, когда он завязал роман с 16-летней Вирджинией. Но на минуточку (!) к тому времени он был ЖЕНАТ на кухарке Бернис Мэйхью. В США подростки могут зарегистрировать брак?
Кухарка Бернис была замужем за разнорабочим Рикардо Мэйхью, когда тот закрутил роман с девочкой — почти ребёнком (будучи сам таким же ребёнком). И ни о каком «гражданском» браке автор не упоминает. А Бернис считает себя вправе сорвать куш с семейства Хоупов за своё молчание:
"«Мой муж общался с одной из Великих и Могучих Надежд. Я заслужила что-то за свою боль и страдания. Поэтому я поставила им ультиматум — платите или я всем расскажу, что они за люди»."
Или вот ещё пример. Рикардо Мэйхью — Рик, Рики, Рикардо, Патрик. Попробуй сообрази, что речь идёт об одном и том же человеке. Смахивает на "рояль в кустах", а я их очень не люблю. Когда всплывает имя Патрик, то всё переворачивается кверху дном.
**
И что в сухом остатке. Роман «Останется только один» (The Only One Left) стоит прочитать тем, кто хочет развлечь себя увлекательной игрой динамичного, атмосферного готического триллера, в котором тесно переплелись 20-е и 80-е годы прошлого столетия. Атмосфера падающего «Конца Надежды», на мой вкус, тревожная и завораживающая, благодаря своим густым, мрачным краскам и интригующему развитию сюжета.
Сюжетные виражи, пике и открытия утягивают в книгу с головой. И, на мой взгляд, этот роман мог бы послужить развитию вкуса к захватывающему триллеру, благодаря тонким намёкам, завуалированным подсказкам, что особенно важно для романа с детективной сюжетной линией.
Психологические детали формируют интересную головоломку, будоражат и побуждают читать и думать над её разгадкой. А это интересно вдвойне, когда автор населяет роман такого типа персонажами, которым не знаешь, стоит ли доверять полностью.
Одним словом, читаем.