Рецензия на книгу

• 

  Rudolf

  23 сентября 2025 г.

  Тому, что было, не бывать?

  Элен Димфна Кьюсак
  «Жаркое лето в Берлине»

  Всё-таки интересно читать в 2025 году книгу, написанную шестьдесят пять назад, о возрождающемся нацизме не только в одной отдельно взятой стране, но и в целой группе стран, и анализировать, сбылись ли опасения австралийской писательницы. Постфактум. После закрытия последней страницы — как у меня это иногда бывает — захотелось тут же другую книгу, на похожую тематику, но написанную задолго до произведения госпожи Кьюсак. «У нас это невозможно» роман называется. Как показывает практика, предостережение никогда лишним не бывает. Отмахнуться от него или принять во внимание — решает каждый сам для себя. А эта книга нам рассказывает о молодой семейной чете, которая из далёкой Австралии отправилась в Федеративную республику Германии, потому что мужская половина четы является этническим немцем. Чистокровный немец. Самый что ни есть. Основные события разворачиваются летом 1959 года. И жарким, как следует из названия, оно выдалось не только для Берлина и его жителей, но для одной семьи. А скорее даже для одной женщины, главной героине. И касается это не только природного катаклизма. Джой (какое славное имя, правда?) 31 год, она десятью годами ранее вышла замуж за молодого человека, бежавшего из проигрывающей войну Германии. Её отец взял новоиспечённого зятя в дело. К чести Стивена (при переезде юноша поменял имя со Штефана на это), он добился неплохих успехов в семейном предприятии. У них две маленькие дочки и одна из них вместе с мамой и папой пустилась в путешествие. О своём прошлом он особо не распространялся, а Джой особо и не требовала этого, жила в уютном мирке, в котором всё хорошо, мирно и ладно, царят счастье и добро, доверие и любовь. Отчасти можно сказать, что она наивная дурёха, не познавшая коварный и жестокий мир человеческих взаимоотношений. Ей многое давалось легко, жизнь текла как по маслу. Какой же яркий контраст с её прежней жизнью авторше удалось показать, когда она очутилась в доме родственников мужа. В нём, как вы понимаете, было всё другое. Обычаи, традиции, семейный быт, взгляд на мир и политику, отношение к проигранной войне — отличия радикальны. Хотя члены новой семьи — отец Стивена, мать, брат, сестра — до сахарного скрежета учтивы и заботливы. Но что скрывает эта забота? Открыты и дружелюбны они исключительно потому что такова их натура или же цинично преследуют какую-то цель?

  ᖗᖘ☩ᖗᖘ✙ᖗᖘ☩ᖗᖘ

  На протяжении романа мы постепенно будем узнавать прошлое Стивена и его семьи. Писательница планомерно будет открывать одну дверь за другой. Какая-то будет распахнута настежь сразу, словно её выбили ногой со всего размаха. Другая будет приоткрываться постепенно, медленно, со скрипом. А вначале вообще возникла ассоциация с раздвигающимся занавесом под увертюру из оперы Рихарда Вагнера «Валькирия». Я с нескрываемым интересом следил за тем, как менялся внутренний мир Джой в течение повествования. Хотя, как мне показалось, авторшей эта перемена была показана слишком назидательно, «в лоб». Но она старалась передать её смятение и метания. Но сопереживать ей мне не удалось. Нарастающее напряжение и вопрос, куда выведет историю и каким финалом закончит писательница свой роман, сподвигли держать концентрацию до конца. Я уже не в первый раз встречаю тему взаимоотношений в семье, которые подвергаются испытаниям на фоне нацизма. Насколько же эта может быть болезненна и опасна. И как сложна. Понять, простить, принять, оправдать, отвернуться, встать на место другого человека, взглянуть его глазами, почувствовать чужую боль… Продемонстрированный авторшей пласт общество не может не вызвать оторопь. Страшно становится за людей, которые с ним соприкасаются или стараются ему и взглядам, царящим в нём, противостоять. От некоторых предложений леденящий душу ужас способен сковать даже самого хладнокровного человека. В этих случаях писательница заслужила похвалу. Некоторые моменты и описания встреч были до слёз трогательны, комок в горле стоял пару раз при чтении историй от лица некоторых персонажей. Правда, эти самые персонажи мне показались в романе карикатурными, картонными. Я ими, по большому счёту, не проникся, не случилось у меня с ними ни любви, ни притяжения, ни контакта эмоционального. Раскрыть их так, чтобы я почувствовал их присутствие рядом, у неё не вышло. Это меня расстроило. Но, может быть, это не камень в огород Элен Димфны Кьюсак, — просто я на своём читательском веку прочитал достаточное количество книг с подобными героями и от каждого знал, чего ждать. Уже многое кажется предсказуемым. Типажи знакомы до боли. Все как один. Данный факт смазал для меня восприятие написанного. А вопросы, поднимаемые австралийкой в конце пятидесятых годов прошлого века, к сожалению, актуальны и в наше время.

  Danke für Ihre Aufmerksamkeit!
  Mit freundlichen Grüßen
  А.К.

  34 понравилось

  283