Рецензия на книгу
Московская сага. Книга первая. Поколение зимы
Василий Аксёнов
_Nikita________19 сентября 2025 г.Отворите мне темницу,
Дайте мне сиянье дня,
Черноглазую девицу,
Черногривого коня!
Я красавицу младую
Прежде сладко поцелую,
На коня потом вскочу,
В степь, как ветер, улечу.Живому человеку не всегда удаётся удержаться на уровне собственных благих идей. Это свойство психики очень любят всякие "мусорщики", укоряющие: "Вчера вы говорили так, а сегодня делаете эдак. Как можно?" Можно. Вот Аксёнов. Когда-то он написал, вспоминая настроения собственной юности: "К чёрту Сталина! Давайте играть джаз", но в итоге написал книгу о сталинской духоте. Дело, впрочем, нужное. Помню, одна барышня укорила шестидесятников, мол, 100 лет прошло, а они всё ещё сражаются со сталинизмом. Ну так явление-то не изжито (даже православный-сталинизм ещё трепыхается, но не будем о смешном), рвётся изнутри, гипнотизирует, очаровывает иных, соблазняет, наравне с марксистским мороком, который, кажется, навеки въелся в плоть и кровь. Ну, развёл я тут лирику, блин. А сказать я хочу вот что. Да, Аксёнова триггерит от Сталина и эпохи (поэтому он может в иных эпизодах перейти за границу хорошего вкуса, но и такие эстетические несовершенства делают его писания глубоко личностными). А нам от его триггеров сплошная польза - мы получаем какую-нибудь занимательную книжку.
Так вот, первый том "Московской саги".
Начнём, наверное, с языка. Мне очень нравится бойкость пера Аксёнова. Эта бойкость приводит его к великой вольности в обращении с языком (я не только про матерщину). Он может спокойно чередовать какие-то блестяще закрученные отрывки с очевидными корявостями. Вольность сия раздражает прескриптивистов (лицеприятных советчиков, а особо - прескриптивистов-советчиков) необычайно. Они, не вставая с диванов, хватаются за сабли и идут в поход на "графомана" Аксёнова (аки Владимир Бушин в своё время шёл на несчастного Окуджаву с его романом "Путешествие дилетантов"). Так они, наверное, видят себя, потому что на деле всё скатывается в прескучное цитирование с потрясанием кулачками: "Низзя". А по мне - кайф, а иногда даже секс (и за это не простить шероховатости?.. Я вас умоляю). Вот я недавно читал "Территорию" Куваева. Нет, это хорошая книга на важную тему - ничего против неё не скажу, но уж очень чинная, переваливающаяся как пингвин, подобно многим советским романам. Это не недостаток - такие романы должны быть, без них посыпятся и прочие: аккуратное, кирпичик к кирпичику, выстраивание предложений, такое же выстраивание сюжета. Но Аксёнов - он не строитель, а эдакий фехтовальщик: вжух-вжух-вверх-вниз, где-то плавно повёл, где-то лихо закрутил, осечка, неудачный выпад, новая серия. "Поколение зимы" (так первый том трилогии называется) в этом смысле произведение более ровное, хотя и оно в лучшие моменты хранит следы общей виртуозности. Я думаю многие, кого не парит, что Аксёнов - это такой товарищ, который нам совсем не товарищ, оценят, как летят страницы: шух - 100 страниц как не бывало. Как? Куда? Плевать. Главное - с наслаждением.
Далее. "Поколение зимы" - это, конечно, не историческая проза. Нет ничего абсурднее (я не смотрел отзывы, но подозреваю), чем выслушивать краснознамённые проповеди на тему того, что "вы всё врёти" и было вообще не так. Растак. Я когда-то у Льва Шестова в книжечке, кажется, "Апофеоз беспочвенности" прочитал сентенцию против страха изображать порок в художественной литературе. Шестов говорил, что если хочешь показать порок, например, пьянство, то выкрути кран на полную, сгусти краски до предела, чтобы аж блевать тянуло. (Не цитирую - просто общий смысл). Примерно так я воспринимаю этот роман. Не имеет значения, было так или иначе. Важно, что Аксёнову удалось прекрасно показать атмосферу подбирающейся всеохватывающей духоты и внушить по отношению к ней ужас и отвращение (ну и тем самым напомнить читателю, что "воля во широком поле" - это, вообще-то, ценно для полноценной (ценно-для-полноценно...пфф, ой ладно) жизни.
Хулиганистость. Оная дама обеспечивает драйв аксёновской прозы - читаем "Остров Крым". В "Поколении зимы" она присутствует очень умеренно, но присутствует. То есть основной текст "МС" волей-неволей идёт по стопам "Детей Арбата" Рыбакова (кстати, рекомендую, кто бы чё ни ныл - добротнейшие романы). Только Рыбаков, как я понимаю, верный ленинец, для которого Сталин предал идеи революции, а Аксёнов нормальный антисоветчик, который ту революцию познал в разные отверстия, а видал - в гробу. Но структурно эти две трилогии очень похожи (да и могло ли быть иначе?) Берётся срез поколения, где разные люди, разные цели, статусы, разные отношения с идеологией и так далее, и эти люди пропускаются через события эпохи, а мы наблюдаем их жизненные, мировоззренческие, нравственные метаморфозы под воздействием этой самой эпохи с её качелями. Но у Аксёнова есть такая фишка. "Таймскипы" он заполняет так называемыми "антрактами" двух видов. Первый - всякие газетные вырезки, дающие понять, что творится в мире, - это очень работает на атмосферу. Второй - абстрактно-сюрреалистичные зарисовки. И вот тут Аксёнов позволяет себе немного похулиганить. Например, есть тут совершенно очаровательная зарисовка, в которой Владимир Ильич Ленин после смерти перевоплотился в белку и теперь запасает орешки, активно увеличивает популяцию, а однажды, заприметив со своей веточки одну из центральных героинь - Нину Градову, - изволил воспылать к ней страстью нежной. А на партийную борьбу и классовое сознание, как можно догадаться, клал пушистый хвост. Впрочем, в те годы, когда писался роман, вышел курёхинский "Ленин - гриб", а это ещё более прекрасно в содержательном плане, хотя ленин-белочка - как-то милее.
Чего бы ещё сказать? Ну, Аксёнов - он человек не шибко добрый, хотя и хочет таковым казаться. Он может навалить вещей прямо таки говнистых, которые неприятно будет услышать, но ему, скорее всего, не стыдно, как бы он ни пытался казаться нравственным камертоном. Это не делает книгу хуже, но это особенность, о которой следует помнить, чтобы потом не бомбить где-нибудь на Лайвлибе. Возможно, с этими вещами захочется поспорить. Но с каких пор пробуждение собственного мышления и желание дискутировать с писателем стало недостатком? Ни с каких, да.
10497