Рецензия на книгу

• 

  Shameless_Poirot15 сентября 2025 г.

  Можно ли закодироваться от насилия?

  Жил был себе мальчик Алекс - насильник пятнадцати лет, который вместе с дружками грабит, насилует, избивает. Он упивается этим, это его радует, он этим живет. Однажды он попадает в руки правосудия, циничного и бескомпромиссного. Несколько дней психо-эмоционального насилия от государства, чтобы подопытный прекратил насилие. Его "исцеляют", его кодируют, так что мысли о насилии или противоправных действиях вызывают у него физический дискомфорт. Однако это не его выбор. Он как был в душе насильником, так им и остается.
  Больница изменила его поведение, но не его восприятие мира, себя и окружающих. Он хочет грабить и насиловать, но ему дискомфортно.

  
  В этот миг мне подумалось, что, может быть, тошнота и боль не настигнут меня, если всего лишь обхватить его как следует руками за лодыжки и дернуть, чтобы этот подлый vyrodok свалился на пол. Так я и поступил, и он, к несказанному своему изумлению, с грохотом рухнул под хохот всех этих svolotshei, сидевших в зале. Однако, едва лишь я увидел его на полу, сразу ужас и боль охватили меня с новой силой.

  Он теряет родителей. Это его первый душевный кризис.

  
  Нет у меня больше ничего -- ни одежды, ни тела, ни головы, ни имени -- ничего; ух, хорошо, прямо божественно!

  В этот момент он понимает, что единственный выход смерть. Но даже это он не может.

  
  В мешочке с личным имуществом у меня была моя опасная britva, но при первой мысли о том, как я проведу ею по своему телу, вжжжжжик, и хлынет красная-красная кровь, меня охватила ужасная тошнота.

  Он сталкивается с местью и он сталкивается с откровенным насилием в свою сторону. Но лишенный воли и свободы выбора, он не может постоять за себя.
  Он встречается со своим прошлым, встречается со своей жертвой. Но его главная задача - чтобы не узнали. Раскаяния, сожалений, стремления извиниться нет. Он считает, что уже понес свое наказание.

  
  Бог свидетель, я сполна за все расплатился. И не только за себя расплатился, но и за этих svolotshei, которые называли себя моими друзьями.
  

  Алекс показывает показывает себя слабым, слабым и морально и физически. Единственное на что способны его мысли и желания - покончить с собой.

  
  Всему этому миру я крикнул: "Прощай, прощай, пусть Вод простит тебе загубленную жизнь! " Потом я влез на подоконник (музыка была теперь от меня слева), закрыл glazzja, щекой ощутил холодное дуновение ветра и тогда прыгнул.

  Естественно если искоренение насилия было не выбором человека, а психологической манипуляцией, оно вернется.
  Это хороший роман о природе насилия и природе человека. Алекс считает свою любовь к насилию естественной частью своей личности, а попытки остановить его насилие, как насилие над его личностью. Подросток не видит границ.

  
  Правительство, судьи и школы не могут позволить нам быть плохими, потому что они не могут позволить нам быть личностями.
  

  Автор пытается показать, что Алекс успокоился, начал думать о семье и детях, но этот переход никак не вытекает из сюжета книги, он никак не обоснован и не проработан. Поверить в это крайне сложно. Но даже тогда, Алекс верит в естество насилия и его неизбежность.

  
  Никогда он не поймет, да и не захочет он ничего понимать, а делать будет все те же vestshi, которые и я делал, -- да-да, он, может быть, даже убьет какую-нибудь старую ptitsu, окруженную мяукающими kotami и koshkami, и я не смогу остановить его.

  Алекс оказался неисправимым, и сколько бы времени не прошло и сколько испытаний он не прошел его представление о человеке не поменялось. Жаль, что Бёрджессу не хватило смелости остановить книгу до последней главы и сделать более трагичный финал, чтобы быть более последовательным. Он же дает герою шанс, которым тот судя по всему не воспользуется.

  79

  1,8K