Рецензия на книгу

• 

  RidraWong4 сентября 2025 г.

  Pro eligendo Romano pontifice - Об избрании Римского понтифика (лат.).

  Конклав. От латинского «con clavis»: «с ключом». С тринадцатого века именно так Церковь обеспечивала принятие решения кардиналами. Их не выпустят из капеллы, пока они не выберут папу, – только на сон и еду.

  Вполне понимаю тех, кого книга разочаровала, и даже тех, кто бросил её примерно на половине (кстати, зря)) Ещё бы! После крышесносной и ужасно драйвовой (и ужасной тоже)  Роберт Харрис - Фатерланд   ждёшь чего-то такого же, безудержно динамичного. Но нет! Всю книгу, особенно первую её половину нам очень скрупулёзно и дотошно рассказывают, а что же именно происходит в Ватикане после смерти очередного папы, и как именно организовывается и проходит этот самый Конклав. Внимание Автора к мелочам я отметила ещё при чтении «Фатерланда», но здесь писатель, по-моему, превзошел сам себя. Здесь дотошность уже граничит с занудством, а иногда и пересекает эту границу. Да и драйва никакого. А какой, собственно, драйв можно ожидать, когда практически всем персонажам этой книги уже хорошо за 60, но они не просто живенькие старички, а отягощенные властью и авторитетом кардиналы и архиепископы. А ещё их дофига много (118 штук), и первое время все они сливаются в одну кряснорясную и безликую массу.

  Но! Всё это вышеперечисленное меня ничуть не испугало, и от книги не отвернуло.

  Во-первых, я именно за этим сюда и пришла. Давненько уже хотелось узнать, а как же именно это всё происходит, проникнуть, так сказать, на самую кухню Ватикана, позаглядывать в кастрюли и проникнуться атмосферой. И, похоже, мне это таки удалось. Так что дотошность Автора была для меня только в плюс.

  Во-вторых, если я в начале книги начинаю запутываться в персонажах, то не паникую, а продолжаю плыть по течению, в надежде, что если Автор таки хороший, то выплыть мне он наверняка поможет. А если – плохой, то и нечего в его героях разбираться) В данном же случае предполагаю, что это был такой авторский ход, потому как ГГ тоже вначале признается себе, что больше половины присутствующих он не помнит и не знает, и тоже боится запутаться. А он ведь декан Священной Коллегии кардиналов, в его обязанности входит непосредственное управление выборами и скрупулезное соблюдение всей процедуры, так что обо всех присутствующих он должен знать, но память уже не та и возраст сказывается.

  
  Он почувствовал приступ паники. После похорон папы декан старался познакомиться со всеми кардиналами и запомнить некоторые личные детали. Но перед ним прошло столько лиц (покойный папа роздал более шестидесяти кардинальских красных шапочек; только за последний год – пятнадцать), что эта задача оказалась ему не по силам.

  Но уже к середине книги алая кардинальная масса начинает структурироваться, у неё проступают отдельные черты и выделяются явные лидеры, и вначале потихоньку, а потом всё интенсивнее, начинает расти напряжение, раскручиваться интрига, вылезают на белый свет интересные подробности и неожиданные повороты. Да, если первую часть я читала не спеша, смакуя хороший язык и вникая в подробности, то вторую буквально проглотила). Но это не было то глотание, когда через пару недель уже ничего не помнишь. Послевкусие у книги замечательное, и некоторые моменты я всё еще, спустя 4 дня, обдумываю.

  
  Как всегда, с фрески Микеланджело на него укоризненно смотрел святой Петр, которого собирались распинать головой вниз. Ломели прошел к алтарю, опустился на колени, потом, подчиняясь порыву, встал и прошел полпути по проходу назад, чтобы увидеть фреску целиком. На ней было изображено около пятидесяти фигур, большинство из них взирали на мускулистого, почти обнаженного святого на кресте, которого переворачивали головой вниз. И только святой Петр смотрел с фрески в живой мир, но не прямо в глаза наблюдателю – в этом и состояла гениальность решения Микеланджело, – а уголком глаза, словно он увидел тебя, идущего, и бросал вызов – давай, проходи мимо.

  
  

  48

  680